Сын двух отцов. Падение

Тебя, можно подумать, не терзает, злобно помыслил Бржетислав. Многие по неделям не пили, а потом начинали заново, да так, что хуже прежнего.

– Да не о вине речь, княжич. Встретил я там человека одного лихого. Он за серебро и за выпивку душу бессмертную продал бы. Пусть поразузнает, где твоя сестра, и какие-нибудь доказательства принесёт, что видел её.

– А где человек этот? – спросил княжич. – Коли он и вправду услугу мне окажет, то я буду в долгу перед тобой.

Конечно, будешь в долгу, подумал Бржетислав, я ведь не просто так в Киев поплёлся.

Знал бы, что ты на путь праведный вступишь – со своего двора шагу бы не сделал. За всё плата должна быть.

Когда в комнату вошёл Ульян, княжич Безприм поморщился. От этого человека шёл сильный запах вина и свиных нечистот.

– Это и есть твой человек?

– Я, княжич, – проговорил Ульян, выдыхая изо рта винный дух, – а сестричка, небось, княгиня Владислава? Смогу про неё узнать, но это будет стоит немало.

– Я заплачу тебе сколько скажешь, только от жадности не озверей, – ответил Безприм.

– На такое дельце мне часть серебра наперёд нужна, чтобы на дело его использовать.

– А не пропьёшь?

– Я, когда дела делаю, с выпивкой не вяжусь. Как и ты, княжич.

– Когда сможешь мне сказать, что приключилось с моей сестрой?

– Только завтра. Сегодня я послушаю, что где говорят, а завтра чего и попроверю. Многое говорят, да не всё на веру брать стоит.

Безприм кивнул, подивившись рассудительности этого пьянчуги.

Видно, в прошлом этот человек на вес золота ценился, подумал княжич. Такие, как он, ничего не боятся, если, конечно, я в нём не обманываюсь.

– Как докажешь, что твои слова не ложь? – ехидно спросил пан Бржетислав. – Всему нужны доказательства.

– Головой. Если я совру, то разве не найдёшь ты меня и не предашь лютой смерти?

Безприм кивнул и, подойдя к сундуку, достал оттуда несколько серебряных монет и положил их на стол.

– Этого мало, – тут же брякнул Ульян, – я за такое количество серебра даже про соседку ничего говорить не стану. Давай в пять раз больше, а когда узнаю, то ещё столько же, нет, вдвое больше, или я пошёл.

С этими словами Ульян направился к двери.

– Да стой ты. Хорошо, вот серебро. Завтра жду вестей.

– Будут вести. Серебро приберегай, княжич, – сказал Ульян и, небрежно засунув всё серебро в карман, вышел прочь.