Малюта. Часть 2

Мы бы сами сходили, да, видно, уже не сможем. Последняя это служба, на которой мы стоим. А коли всё же помилует нас царь, ты, голубушка, к нам приходи. Возьмём и тебя на службу, и сынка твоего, и того, кого ты под сердцем носишь. Мне как раз мамка для доченьки нужна. Мне тебя Бог послал. Долго я искала, чтобы мамка и благочестивой была, и своих детей имела.

На самом деле никакая мамка княгине не требовалось, но уж очень ей хотелось внушить этой нищенке, что если они с супругом останутся живыми, то ей это будет на руку.

Беременная женщина просияла. Взгляд её выражал восторг и преданность. Попасть нянькой к княгине – это всё равно что в рай из ада.

– Андрюшкой его кличем. Матушка-княгиня, прямо сейчас поспешу в Архангельский собор, митрополит там служит. Коли будут гнать, силой прорвусь к нему и скажу, что в беде вы, мои благодетели!

– Помолиться о нас попроси, да сильно не спеши. Подморозило – вон как скользко. У тебя дитя на руках, да и сама ты в тягости, – с благочестивым видом сказала княгиня, а про себя подумала – что ты стоишь, кобыла безродная, беги давай!

***

То ли нищенка с ребёнком на руках так и не смогла добежать до митрополита, то ли не смогла пробиться к нему, но князь Ряполовский вместе с супругой был вынужден выйти из церкви.

Настоятель храма игумен Макарий, неоднократно получавший от князя Ряполовского щедрые пожертвования, вышел проводить к саням своего духовного сына, который к тому же приходился ему троюродным братом.

Опричники, уже замёрзшие, принялись взбираться на коней, а сидящий на козлах бородатый мужик спросил:

– Куда их везти – к кремлёвским подвалам или в слободу?

– В слободу, Петька, – проговорил опричник, надвигая шапку на брови, – залезай, князь, дорога дальняя.

А ты, святой отец, тоже с нами хочешь?

– Бесы вы! Человеку после обедни потрапезничать не даёте – в путь повезли, – сердито ответил игумен и тут же ласково обратился к князю и княгине, – вы в дороге Господа молите! Я сегодня же к митрополиту пойду и за вас просить стану.

В Александровскую слободу князь Ряполовский вместе с супругой прибыл на следующий день. Смело спрыгнув с саней, князь отпихнул Васютку Грязного, который потешал царя, будучи, как всегда, пьяным и едва держась на ногах.

Иван Васильевич стоял на крыльце и внимательно смотрел на Ряполовского, размышляя, виновен ли князь в заговоре.

– Государь, – снимая шапку и кланяясь царю, произнёс князь Дмитрий, – я прибыл по твоему зову вместе с супругой.