Преследуя тень

Мы с ним поставили ящики с оружием под самый низ, заставили их ящиками с каким-то барахлом, – ответил Артур.

– И номер ты, конечно, не запомнил?

Оружейник хитро улыбнулся:

– Запомнить-то я конечно не запомнил. Но я всегда записываю, кто на какой машине ко мне приезжал забирать оружие, чтобы потом можно было человека найти.

– Красава! Диктуй номер.

***

Олег Иванович Аксенов ждал осведомителя в парке Сокольники. Он любил этот парк, который напоминал ему о далеком советском детстве, когда мир был куда понятнее и проще.

Именно тогда он, маленький Олежка, впервые задумался стать милиционером. Он хотел бороться с несправедливостью и охранять покой простых советских граждан.

Но сейчас Олег думал не о детстве, а о другом парке, где убили молодого, ещё не успевшего жениться и обзавестись детьми, осетинского парня. Убил кто-то, кому Давид Балоев доверился.

Наконец осведомитель явился. Это был низкий, полноватый, смуглый мужчина с коротким ежиком седых волос.

– Здорово, Иваныч!

– Здравствуй, Мурад, здравствуй, дорогой.

Они пожали руки и притянули друг друга в объятия, похлопав по спине – странный жест, которым мужчины выражают дружескую привязанность, сохраняя мужественный вид.

Мурад был самым старым и самым ценным из осведомителей Аксенова. Он появился в Москве в начале девяностых. Никто точно не знал, откуда и зачем он приехал. Мурад быстро освоил редкую и опасную профессию, став торговцем информацией.

Помимо русского, Мурад в совершенстве знал чеченский, азербайджанский, аварский, даргинский, лезгинский и фарси, мог объясняться на грузинском и армянском.

У него было мало друзей, но повсюду были знакомые, знакомые знакомых и знакомые знакомых знакомых.

Он продавал полицейским секреты разных преступных кланов, а кланам – секреты полиции и друг друга. Кто-то платил деньгами, кто-то, как Иваныч, взамен обеспечивал Мураду защиту и покровительство, а кто-то помогал Мураду с его хобби – торговец секретами любил женщин из экзотических стран и качественную марихуану.

– Ну, рассказывай, Мурад, как сам, как Алия? – начал Аксенов издалека.

– Да как обычно, Иваныч, кручусь-верчусь, зарабатываю на хлеб как могу. Дочь хорошо, учится, сессия скоро, переживает. Как ты, как дети?

– Дети работают, я работаю, как белки в колесе, если честно. Даже увидеться некогда.

– Это нехорошо, Иваныч. Работа – работой, но дети – это в жизни главное. Надо с ними встречаться, общаться, все дела, – философски заметил Мурад.

Помолчали.