Мармеладные каникулы

Через минуту мои глаза привыкли к темноте, и я увидел Диану, стоящую совсем рядом со мной. На ее теннисной ракетке, как для ночной просушки были нанизаны трусы. Вся эта инсталляция покоилась в одной из ячеек сетки. Руками Диана держала края юбочки, которую и некуда было задирать. Она уже привыкла не спрашивать меня, а просто полагаться на свои желания и стянула с меня шорты. Темнота обещала быть долгой, и мы целовались в первый раз, как безумные.

Потом ее нога взлетела наверх сетки, и я был в ней.

Неожиданно включили свет.

Игроки с соседних кортов сделали вид, что не замечают нас или, действительно, не замечали. Мы схватили свою одежду и придали себе спортивно-нормальный вид.

В ту ночь мы спали дольше, а утром завтракали, как если бы делали это много раз до того. После завтрака Диана вышла на балкон покурить. Она достала свои мобильник и сделала несколько звонков. Потом позвонила своей матери. Они говорили о вчерашнем открытии выставки.

Я был довольно напряжен от дурного предчувствия. В конце разговора Диана сказала, что она сейчас у меня, что мы недавно встали, но уже позавтракали, И что я «ничего себе ходок», а не старый пердун, как она думала в прошлый раз.

И повесила трубку.

Мы не смеялись, но и не кричали. Я проводил ее на поезд и никогда не видел с тех пор.

Джеки не ездила больше в моем вагоне на работу. Мои беговые тапки и другой спорт инвентарь пришел от нее по почте. Я продолжаю делать свои забеги в одиночестве.

Глава пятая

Сказочник нашел ее, подпирающей стену, стройной кариатидой.

В ее руках была открытая книга, но она не выглядела, как если бы ее читала. Он подошел к ней. Вика была задумчива и прекрасна.

«Так наверное выглядят люди в храмах знаний, когда по-настоящему отдаются интересующим их предметам и имеют возможность черпать то, за чем пришли. Она и выглядит сейчас как-то академически эротично» – подумал он и ухмыльнулся очередной своей фантазии. Он оставил ее чемоданчик посреди зала и подошел к ней тихо и невидимо. Вика и в самом деле уже не читала, но еще и не вынырнула на поверхность из прочитаного.

Она думала о Мистере случае, который старым барбосом может спать долгие годы в своей уютной будке и не высовывать носа из-под хвоста, пока какой-то шалый сирокко, совсем не свойственый для их широт, не унесет в небо родную будку, и все сразу переменится. Потом она вспомнила про маленького французского офицерика, который выбился в знаменитые ученые, и сказал, что случай – это тоже закономерность.