Княжество Орловское. Война

Жутко хотелось спать, и как только командир объявил отбой, я, не заморачиваясь с палаткой, соорудил себе подобие подстилки и рухнул на нее, укрывшись одеялом, после чего мгновенно вырубился, поблагодарив богов напоследок, что в месте силы практически отсутствовали насекомые.

Пение птиц оказалось отличным будильником. Едва только рассвело, как над головой засвистели, запищали, зацокали и еще много-много за…

Открыв глаза, я какое-то время просто смотрел в светлеющее небо, не рискуя шевелиться. При воспоминаниях о вчерашнем дне появлялись у меня опасения, что любое движение принесет тянущую боль во всем теле.

Однако через несколько минут стало очевидно, что самочувствие мое если не было прекрасным, то находилось близко к этому состоянию. Я полностью восстановился за ночь! Место силы показало себя с еще одной стороны. Здесь бы санаторий построить для отдыха и лечения.

Витек и Берт все еще спали. Они, в отличие от меня, озаботились палатками и ночевали, можно сказать, в комфорте.

Мирон, как оказалось, уже бодрствовал. Командир сидел возле потухшего костра, задумчиво водя палкой по остывшему пеплу.

Лучшего момента, чтобы узнать командира получше, и представить было трудно. С этим человеком нам еще долго предстояло находиться рядом, и мне хотелось понять, чем он живет и какие сюрпризы от него можно ждать.

– Утро доброе, – поприветствовал я Мирона, стараясь говорить тихо.

– Угу, – кивнул мужчина и, глянув на наручные часы, добавил: – Рано ты встал, отсыпайся иди.

– Не усну больше. Мирон, долго вы уже служите?

– Девять лет, считай. Девять лет. Быстро время летит.

– Много это для выпускника интерната?

– Много. Очень.

– А сколько еще осталось? Нет, я знаю, что рядовые через десять лет уходят из армии, если захотят, но что насчет нас – интернатовских? Как-то эту тему на занятиях обходили.

– Пятнадцать лет. Могут и раньше вручить титул, если подвиг совершишь. Вроде и немного совсем, да? Живем мы благодаря магии дольше обычных людей, а все равно, целых пятнадцать лет.

Знал бы ты, парень, скольких я за это время друзей потерял. Я ведь первые пять лет не здесь служил. В центральной заставе, чтоб ее. Сколько раз она горела уже, так ведь нет, отстраивают заново.

– Каспийские поджигают?

– Угу, – угрюмо кивнул Мирон. – Налетит, бывало, отряд магов человек пятьдесят… А ты потом обугленные трупы вытаскиваешь из-под завалов. Шесть лет мне осталось. Шесть лет.