Линии на руке

Чтобы не наделать глупостей и хоть как-то прийти в себя, я отправился к воротам, где, усевшись на гребне стены, попытался привести мысли в порядок. Возможно, стоило отправиться навстречу Маше, но в ближайшее время Федос должен возродиться, и кто его остановит еще раз? Что Гуляев, что Вишняков показали себя во всей красе. Единственным, кто хоть как-то попытался успокоить пьяную мразь, оказался Мельников, но он еще не скоро оклемается. Мое возвращение в этот мир заняло, по примерным подсчетам около часа.

Не думаю, что Федос задержится дольше.

По-хорошему, этого урода не мешало бы грохнуть, и дело тут даже не в Насте. Сомневаюсь, что Федос полезет на нее еще раз. Просто находиться с ним рядом – опасно. Какую еще дрянь он еще может совершить? Понятно, что алкоголя больше в деревне нет, но дела это не меняет. С другой стороны, лишаться одного из немногих мужчин поселения слишком расточительно. Тут Лиза права.

Наверное, Федоса вообще не стоило убивать, но, увидев, происходящее в хижине, я не смог совладать с эмоциями. Есть вещи, которые просто нельзя допускать.

Ожидая, пока пройдет отведенный час, я не переставал всматриваться в уходящую дорогу, но Маша так и не появилась. Не исключено, что ее могла постигнуть та же судьба, что и меня.

В конце, концов, так и не дождавшись девушку, я направился к часовне. Вскоре там должен появиться Федос и этот момент мне пропустить не хотелось.

По пути прихватил полуметровый клинок – отличное подспорье во время тяжелого разговора.

Возрождение, как оказалось, не сопровождалось какими-либо визуальными эффектами. Мгновение, и перед монолитом появляется ошарашенный человек.

Федос явно не понимал, что происходит, и где находится. Непроизвольно его руки потянулись к приспущенным штанам. В каком виде он сдох, в том и появился.

– Макс, – увидел меня Федос, – где я? Че вообще произошло?

Голос человека был совершенно трезв, будто это не он выпил в одно рыло бутылку крепкого пойла.

Возможно, перерождение обновляло состояние, убирая из организма яд и прочую гадость.

– Что последнее ты помнишь?

– Ну, я выпил немного, потом, вроде, с Настей о чем-то тёр, предложил ей вискарь, но она ломаться стала, ну я немного надавил, Макс, ну ты же знаешь, как это бывает.