Планета под контролем

Но все остальное, оно ведь тоже будет ценным для вас.

Атаман шагнул назад. Кочевники-мужчины приблизились к Гире, они склонили головы, тихо разговаривая. За повозкой женщины и дети стояли молча.

– Мы решили, – произнес атаман.

Позади него старик в клетке вдруг прыгнул на прутья и затряс их немощными руками, выкрикивая что-то бессвязное, неотрывно глядя в глаза дзена. Один из мужчин, вскочив на повозку, сквозь решетку ударил его. Старик упал и смолк.

– Если ты пришел сверху, то расскажешь нам, что происходит там.

И отдашь свою одежду. И свой нож. А мы…

Не слушая его, Заан смотрел, как в клетке старик, приподнявшись на локте, показывает ему тощую руку, сгибая и распрямляя пальцы. Казалось, он что-то считает, при этом продолжая смотреть на Ушастого блестящими, безумными глазами.

Дзен вдруг по-новому взглянул на мужчин, полукруг которых охранял обе стороны повозки. Они были вооружены короткими дубинками и дротиками – если так можно назвать тонкие палочки с плохо заостренными концами.

А еще в руках у нескольких зажаты широкие плетеные полоски, скорее всего, пращи…

Старик в клетке вновь поднял руку, показал Заану четыре пальца, затем три и два. Дзен прищурился. Разговаривая с атаманом, он не пытался удержать в поле зрения весь табор, и теперь ему показалось, что тех, кто стоял слева от повозки, стало меньше, чем вначале. Если один глифан, улучив момент, скрылся за кустами и пополз в обход…

Именно поэтому воспитанники ледовитых дзенских универсалов считались лучшими бойцами Оси.

Дело не только в умении драться, в количестве всевозможного оружия и техники, которыми они владели. Важно чутье – то ощущение, возникающее за секунду до того как противник начнет действовать, когда ты знаешь, что именно он сейчас предпримет. Чутью, мгновенному просчету возможных вариантов и выявлению наиболее вероятного, как и любому другому умению, можно научиться. Существовали специальные школы для его развития, и Ушастый в свое время был лучшим из лучших.

Он присел, одновременно поворачиваясь, – и камень, который должен был ударить его в затылок, чиркнув по волосам, улетел дальше. Выхватив силовик, Заан прицелился в голову, мелькнувшую за кустом далеко позади, но не выстрелил – чутье вновь заставило его обернуться, теперь к повозке.

Все мужчины табора вращали над головами пращи. Пять или шесть камней полетели в него с разных сторон.