Наблюдатели

 – Молчит! Молчит!

– Мало ли почему она молчит?

– Такое однажды уже происходило. Мы были детьми. Я гонял во дворе с мальчишками мяч. И тут… прямо передо мной возникло ее перекошенное от боли лицо с полными слез глазами. Но ведь ее не было с нами! Она где-то на соседней улице играла с подружками. Я бросился туда. Трудно объяснить это, но… я точно знал, точнее, чувствовал, где она! И нашел ее неподвижно лежащей на траве. Проклятый мотоциклист сбил Катю и даже не остановился. Я подхватил на руки легкое, точно пушинка тело, прижал к себе и не хотел отдавать даже прибывшим врачам.

Они силой отобрали у меня сестру, а я просил, умолял спасти ее. По счастью, травма оказалась не слишком тяжелой… И теперь чувствую: я нужен ей, как тогда, в детстве!

Викторию потряс длинный страстный монолог этого немногословного, на редкость спокойного парня. Она лишь тихо ответила:

– Андрей, полагаться на какие-то предчувствия – безумие.

– Нет! – резко бросил он.

 – Безумие – что я еще здесь!

Он стремительно оделся и выскочил. В тот момент Виктории стало жаль его. «Отличный парень! Как любит сестру! Какие испытания им предстоит вынести. И я – виновница будущих трагедий».

Она забралась в кровать, раздумывая над ситуацией, в которой оказалась. Если бы они с Андреем встретились при нормальных обстоятельствах! Кто знает, может, он бы влюбился в нее? И она бы без труда уговорила его вернуться в Германию. Они бы уехали вместе в спокойную сытую жизнь.

И прощай навсегда, Россия.

Звонок в дверь. Виктория вскочила… Он вернулся! Какой молодец! Отринул глупые страхи.

Она отворила дверь, даже не спросив: «Кто?» И замерла, точно пораженная молнией. Человек на пороге усмехнулся:

– Не рада?

– Что ты… очень рада.

Гость бесцеремонно вошел в дом, он выглядел спокойным и самоуверенным. Хлопнув Викторию по заду, требовательно произнес:

– Угости-ка чайком. Да и от водочки не откажусь.

– Конечно, – заторопилась она.

– Стой! Иди сюда!

Он схватил ее, крепко прижал и поцеловал. Сначала Виктория отвечала из-за страха, потом почувствовала, как закружилась голова. Гость словно предугадывал ее состояние.

– Ты опять моя.

– Я всегда твоя.

– Отлично, девочка. А теперь расскажи-ка, чего это Андрюша выскочил от тебя, точно ошпаренный?

– Волнуется за сестру.

– Случилось чего?

– Сказал, что почувствовал неладное.