Летопись голодной стали. Ростки зла

– Я вынужден действовать так, как того требует ответственность, капитан, – низким, монотонным голосом сказал Ярген. – Ни тела, ни царевича Вы не сможете увидеть. Или Вы хотите, чтобы болезнь поразила ещё кого-нибудь? Вы хотите ради самоубеждения подвергнуть риску весь город? Я не допущу этого.

– Тогда, – прошипел Арон, оскалив свои зубы, – ищите другого капитана, «Ваше Величество». – Последние слова капитан произнёс со скептической интонацией.

– Вы подаёте в отставку? – равнодушно переспросил прокуратор.

Но в ответ на это капитан Арон молча снял с правой груди значок командира царской гвардии и уронил его под ноги прокуратора.

После этого он отстегнул плащ на плечах и тот спал вниз. Молча глядя на Яргена, капитан отстегнул тёмно-коричневые кожаные ножны на поясе. Взяв их одной рукой, он протянул ему своё офицерское оружие.

Прокуратор, холодно глядя на уже бывшего капитана, принял его меч, и не менее холодно сказал:

– Вы отстранены от службы.

Арон в последний раз сверкнул своими зелёными глазами: в них горел огонёк ненависти.

А потом бесцеремонно развернулся и пошёл прочь, громко топая своими подкованными сапогами по полу и разнося эхо шагов по всей комнате. Эхо раздавалось и в уходящем коридоре, и спустя некоторое время отзвуки шагов стихли.

Прокуратор молча обернулся к Климеку, держа в руках ножны с мечом. Лежащий на полу значок командира он не поднял.

– Придётся найти кого-то более преданного на эту службу. И такие, определённо, найдутся. Ну а Вас, господин Климек, я больше не смею задерживать.

Надеюсь, Вы усвоили всё из нашего разговора?

– Непременно, – сухо ответил наёмник.

– Вы свободны.

Прокуратор обошёл стол. Климек поднялся со своего стула, учтиво склонил голову, задвинул стул и пошёл в сторону выхода.

– Запомните: всё зависит только от вас. От вас всех, дорогой друг. – Услышал наёмник уже на выходе из кабинета. А потом дверь за ним со стуком закрылась стоящим рядом стражником.

Климек быстро миновал коридор, вышел к лестнице, спешно спустился по ней и покинул вестибюль дворца.

Более ни он, ни что другое во дворце внимания его не привлекало.

Выйдя на площадь, он спешно подошёл к стойлу и развязал поводья своего коня. Взобравшись на седло, наёмник слабо ударил ими, и жеребец поцокал по выпуклому камню, пересекая площадь. Остановившись рядом с той высокой и томящейся в одиночестве статуей, Климек чуть нагнулся в седле, внимательно вперив свой взгляд в испачканный след под копытами коня.