Сага о каджитах: Скрытая угроза

– Они умные животные. Там конюшня пустует. Думаю, догадаются спрятаться под её крышей, – ответил Тхингалл.

От освещённой комнаты, на которую вышли каджиты, вправо уходила ещё одна. В ней спускалась вниз каменная лестница. Путники, тихим шагом, стараясь не спугнуть здешнюю тишину, спустились по ней и оказались в хорошо освещённом большом зале. Слева и справа находились арки, которые вели в другие части этой крепости, а с противоположной стороны от каджитов возвышались те ворота, которые были закрыты с этой стороны на засов.

Тихий звук бьющихся капель сильного дождя по крыше крепости отступил на второй план перед голосом, донёсшимся со стороны левой арки:

– Маленькая, лживая шлюха… – послышался мужской баритон. – Малец то не от меня, может быть чей угодно! Ни септима от меня не получит…

Каджиты, не спеша присев, прижались к стене у левой арки, вслушиваясь в диалог беседующих.

– А чего ты хотел? – донёсся ещё один голос, более высокий и мягкий. – Они никогда не ждут. Вечно льются из их ртов красивые слова о верности и любви, а на деле они ни стоят ни гроша.

Такова природа этих сук.

Ахаз’ир, слегка выглянув из-за стены, увидел двоих людей, сидящих к общему залу спиной на лежанке возле горящего заплесневевшего камина. Один из них имел на спине висячий лук с колчаном стрел. Второй же рядом с собой положил покоиться огромную секиру.

– Твою мать… – про себя произнес Ахаз’ир. – Бандиты… Влипли мы, – и, повернувшись к своему товарищу мордой, словил блеск обнажённой стали, нацеленной острием в шею Тхингаллу.

– Не шевелись, стручок, а то выпотрошу, как рыбку! – сказал хриплым голосом белошёрстый каджит, залихватски махнув своим хвостом и оскалив в улыбке свои клыки. Затем последовал мощный удар в затылок от второго внезапно подошедшего и Ахаз’ир, потеряв сознание, рухнул на бок. Тхингалл, пытаясь выхватить свой меч из ножен, был оглушен разбойником, что держал его на прицеле остриём своего меча.

Сознание пришло спустя некоторое время. Тхингалл, словно только что пробуждённый от глубокого сна, нехотя открыл глаза, мутно рассмотрев впереди совершенно голую стену.

Он сидел, прислонившись спиной к холодному камню. Его голова сильно гудела в районе затылка, но это не помешало ему опустить свой взор на лапы, которые были совершенно свободны.

В камере, куда забросили незваных гостей, предварительно усыпив их хорошим ударом метала о голову, было довольно темно. Однако острый глаз каджита уловил лежащее тело, что покоилось невдалеке.