Сага о каджитах: Скрытая угроза

Они создавали кристаллы, снабжающие их технологии энергией, создавали машины, что охраняли их царство. Ты не видел огромных двемерских центурионов, Ахаз’ир, не видел их боевых колесниц, что, в состоянии огромных катящихся шаров передвигаются так быстро… А потом они выпрямляются, становятся ростом чуть выше человеческого и убивают. Их технологии – грозный противник, и в то же время настоящее совершенство! – продолжила вслед за М’Айком Нисаба и, после недолгого молчания, сказала: – Двемеры обманули снежных эльфов и сделали из них рабов, лишив всех зрения, магией или чем-то другим, от чего они озлобились и превратились в мерзких существ, обитающих в тёмных глубоких пещерах и заброшенных двемерских городах.

– Никто не знает до сих пор, от чего ослепли эльфы, но это никак не связано с исчезновением двемеров, точно-точно, – сказал М’Айк Лжец.

– А куда они исчезли? – недоуменно приподняв одну бровь, спросил Ахаз’ир. – Раз они достигли такого могущества, жили глубоко под землёй. Какая опасность их могла настичь там? Тем более, как сказала Нисаба, их жизнь охраняли технологии, способные убивать.

– Этого тоже никто не знает, – ответила Нисаба. – Возможно, их уничтожили их же собственные творения. Возможно, они никуда и не исчезали. Ну, или просто покинули этот мир и перешли на новый этап развития, сбросив с себя материальную оболочку. Ну или что-то в этом роде. Я не учёная, чтобы внятно разъяснить.

– В любом случае, – сказал Джи’Зирр, держа свои поводья ровно и крепко – и тех, двемеров, и тех, эльфов, уже нет.

А мы есть до сих пор.

– Фалмеры есть, пусть они и являются некой блеклой полосой воспоминания о том, какими-были когда-то, – сказал М’Айк Лжец.

– Они давно лишились разума. Ими движут лишь животные инстинкты. Они перестали быть расой и стали мерзостью, – ответил Джи’Зирр.

– Они лишены зрения, но у них обострились все другие чувствительные органы, что не мешает им расправляться с жертвами, заблудшими в их подземелья, – сказала Нисаба, посмотрев на Ахаз’ира.

Тхингалл широко открыл глаза.

Его серые зрачки, лишённые души и окраса, устремились в звёздное небо. Каджит потянул лапу вперёд, громко бормоча несвязанные фразы себе под нос. Ахаз’ир схватил его, нервно посмотрев на М’Айка Лжеца.

– Что с ним?! – спросил он.

– Это яд начинает высасывать из него жизнь. Ему осталось от силы несколько десятков минут. Приехали.

Последнее слово имело двойственное значение. Повозка остановилась. Джи’Зирр спрыгнул, подходя к каджитам.