Крах всего святого

– Их было двое, но одна сбежала, – добавил Джейми.

В комнату влетел еще один стражник, что тяжело дышал и отдувался. Видимо, он не заметил ни останков создания, ни его товарищей по оружию, что бормотали под нос молитвы, так как тут же затараторил, обращаясь к бородачу:

– Льен, ты конеш грил на улице ждать, но тама ко мне какой-то бродяга прицепился пуще репья к жопе – клялся всеми святыми, что своими глазами видел голую девицу с тремя сиськами. Грит из окна сиганула и драпу дала, что твой мерин. Ну, я, конечно, ему объяснил, что пить меньше надо, а пьяница…

Тут мужчина проследил за взглядами прочих стражников и умолк, разинув рот; их командир оглядел своих бойцов – некоторые из которых, судя по побелевшим лицам, едва сдерживались от того, чтоб не рухнуть рядом прямо рядом с трупом верзилы.

Встряхнувшись, Льен мигом превратился из испуганного бюргера – который знавал чудищ лишь по картинкам да рассказам – обратно в сурового вояку, представителя городской власти. Ткнув в бок ближайшего парня и отвесив затрещину другому, Льен начал раздавать приказы:

– А ну чего глаза вылупили, как девки на хер?! Ты и ты – покойника на руки и бегом к ближайшему цирюльнику.

Пущает тело омоет да подтвердит, от чего тот помер. Вы двое – стрыгину эту во-о-он в тот ковер заворачивайте и на улицу тащите, покажем ее Авару. Вы двое, – бородач вновь повернул голову к Джейми, – пойдете с нами. Расскажете нам, какого хера тут вообще произошло.

– Ну, уж нет, – один из стражников тряхнул кудрями, выбивающимися из-под шлема.

 – Я к этой штуковине и пальцем не притронусь, хоть убей.

– А я и чего похуже могу сделать, башка ты ослиная! – рявкнул Льен. – Ты вообще-то городской стражник, а не козлотрах деревенский!

Парень покраснел, но не сделал и шага к мертвой стрыге, как и прочие его товарищи, что тоже начали роптать и переговариваться. Льен прочистил горло, надулся как индюк и после этого Джейми услышал такую забористую брань, что некоторых слова даже и не знал – а, признаться, слыхивал он многое.

В конце концов, два молодых и, видимо, самых отважных стражника все же сняли со стены ковер развернули его на полу истали осторожно перекладывать на него останки стрыги. Едва они бухнули ее на ворс, как из пробитого черепа вновь брызнула черная жижа. Несколько стражников прикрыли рты, а старик, что все еще трясся на полу, и вовсе отвернулся – спустя пару мгновений весь ужин старика оказался у него же на штанах.