Поход самоубийц

Живо!

Проклятье! Вот с кем с кем, а с церковниками Птахе биться еще не приходилось и, признаться, она не слишком жаждала то исправить. Если верить слухам, большая часть инквизиторов – настоящие фанатики, которые готовы на все, дабы уничтожить врага, пускай даже и ценой собственной жизнью. Человек, не знающий страха, опасен. Бесстрашный человек, готовый пойти на смерть за идею – опасен вдвойне.

– Решил сдать нас своим бывшим дружкам? – нехорошо осклабился Спайк, глядя на Ленса.

– Хотел бы – подождал, пока вы уснули, – отрезал тот, огляделся и сказал: – У меня есть план.

Прячься вон там и не высовывайся.

– Ты рехнулся? В жизни туда не полезу! – фыркнул Спайк, проследив за взглядом Ленса, указывающим на груду какого-то тряпья и прочего мусора в дальнем углу. – Перебьем святош и поедем дальше, делов-то.

– Считаю до трех и поджигаю эту халупу, – выкрикнул незнакомец. – Раз…

– Нет времени спорить, – прошипел Ленс. – Во-первых, мы не знаем, сколько их – если Инквизиция решает прочесать местность, она практически всегда отправляет несколько патрулей.

В-вторых, ввязаться сейчас в драку – поставить под риск весь поход. Делайте, что я скажу – и, быть может, нам удастся разъехаться миром.

– Два…

Спайк кинул взгляд на дверь и заворчал себе под нос, но подчинился. Подождав, пока он не укроется полусгнившей попоной, Ленс пригрозил черепу пальцем.

– Чтоб ни звука. Понял?

– Мы с тобой еще не закончили, – прошипел Базузу и перевел взгляд на Тео, который в ответ лишь поежился: – И с тобой тоже.

Огоньки в глазницах погасли.

– Вы двое – за мной. Говорить буду я. Рот не открывать и без лишних движений, – скомандовал Ленс и двинулся к выходу.

Птаха поглубже закуталась в плащ, чтобы случайно не выдать себе невовремя выбившейся из-под плотной ткани перевязью с кинжалами, и последовала за ним. Следом поспешил Тео, кинув напоследок на череп опасливый взгляд, точно думая, что демон может ударить ему в спину каким-нибудь заклятьем.

Не успела их троица выйти наружу, как на них тут же уставились с десяток арбалетов, ружей и пистолей.

Инквизиторов было с дюжину – все до одного крепкие мужики, вооруженные до зубов. На головах нескольких церковников восседали вытянутые шлемы, закрывающие не только лицо, но и шею. Еще у них были тяжелые панцири из сульфита, что зловеще поблескивали зеленым отблеском, тогда как прочие вояки довольствовались в лучшем случае легкой кольчугой под плащом, а то и вовсе простым гамбезоном.