Порок

Сержант остановился:

– Есть. Разрешите идти?

– Да, идите.

– Тогда приступим? – обратился он к Воинову. – Прошу прощения, – непроизвольно вырвалось у Евгения.

– Все нормально, – медленно махнул рукой Воинов.

– Чтобы ты понял, я извиняюсь… – Воинов перебил Евгения и сам закончил его мысль.

– Я понял вас, вы извиняетесь не за своего коллегу, а за время, которое мы потеряли, – подозреваемый попал в точку, что стало еще одним поводом более внимательно присмотреться к его персоне. Евгений не подал виду и лишь ухмыльнулся.

На что Воинов тут же отреагировал и опять в самое темечко:

– Вас смутило слово «мы», – меня, будь я на вашем месте, тоже смутило бы данное местоимение, но это – издержки вашей профессии. Не было бы таких, как я, не было бы и вас! – Воинов говорил четко, интонации не менял.

Все его поведение стало вызывать у Евгения неподдельный интерес. Это был тот случай, когда допрос из нудной бумажной волокиты превращается в психологическое противостояние нервов и слов между хорошим и плохим парнем.

В такие моменты каждый квалифицированный следователь начинает прикипать к своей неблагодарной профессии, а хорошо проведенный допрос в таких случаях дает лишний повод возгордиться собою.

Словно по заказу, как только Вовчик покинул собственный кабинет, туда тихо зашла Мария. Устроившись рядом с Евгением и положив перед собой листок бумаги и ручку, она буравила глазами человека, явившегося с повинной. Это был первый сексуальный маньяк-убийца, увиденный ею, – ранее она сталкивалась с этой породой людей лишь в учебниках.

Евгений не представил их друг другу.

Глава десятая

Показания Воинова:

– В тот день, 23 сентября, я с утра решил прогуляться по городу, болела голова, я ощущал чувство внутреннего смрада, нервозности. Я помню, как мне пришла на память фраза одного преступника, которому в последний момент смертную казнь заменили каторжными работами: «Чувство глубочайшего омерзения мелькнуло на миг в тонких чертах молодого человека».

– Фраза вызывает удивление, если она принадлежит смертнику… но она уместна, если ее произнес подобный тебе человек.

– Почему – подобный? Если вам интересно, то автор данной фразы не убил ни одного человека, он был очень известен, известен и сейчас.

– Что же это за смертник, если никого не смог отправить на тот свет? Таких я не встречал в современной истории, – Евгения позабавило собственное объяснение, он отодвинул ноутбук, давая понять, что готов немного подискутировать.