Призрак Белой страны. Бунт теней исполненного (сборник)

В двадцать с небольшим такие романы не пишут.

– Все эти аргументы мне известны. Но пока я не поговорил с Шолоховым, выводы делать рано.

– Почему же не поехал, не поговорил?

– Советы не слишком жалуют белогвардейских деток. Да и принял бы меня Шолохов? Да еще по такому неприятному вопросу?

Горчаков не желал сознаваться в своем паническом страхе перед СССР. Боялся он не НКВД, не красной милиции, а… карлика. Ему постоянно казалось, что пучеглазое, горбоносое существо только и ждет, когда Александр пересечет границу.

– Забудем о «Тихом Доне», – милостиво разрешила Черкасова. – О Шолохове у нас в городе мало кто слышал. А вот Федоровская…

Едва Горчаков покинул кабинет шефини, на него налетел Стогов. Он выглядел злым, потрясал кулаками:

– Как ты разговаривал с господином Дрекслером?

– Нормально.

– Ты открыто язвил!

– Бред! У меня всегда такой тон.

– Ты не поддержал его!

– Для того, чтобы поддержать, необходимо полностью понять что к чему.

– И потерять золотое время? Мы живем почти у самой границы! Хочешь, чтобы Советы заявились по твою душу? В Старом Осколе есть те, кто их поддерживает.

Бедные и ленивые. Даже твоя горничная наверняка не откажется в законном порядке оттяпать часть дома хозяина.

– А ты что так стелешься перед Дрекслером? Он тебе приплачивает?

Стогов чуть не задохнулся от ярости, но развернулся и быстро ушел.

Горчаков бесцельно бродил по городу, пытаясь выстроить план расследования. Однако в голове царил кавардак, из которого не могла появиться ни одна толковая мысль.

Куда сейчас? В театр? Обстоятельно побеседовать с актерами, режиссером? Или еще раз переговорить со слугами Федоровской? Или… в банк, к господину Еремину?

Внезапно он увидел машину Корхова, которая остановилась почти рядом. Начальник полиции вылез и протопал в одноэтажный дом желтоватого цвета. Ба! Он здесь живет. И Горчаков решился…

Выждав пару минут, Александр позвонил. Дверь открыла круглолицая женщина лет пятидесяти.

– Мне бы Анатолия Михайловича.

Он даже не успел представиться, как женщина закричала:

– Анатолий, тебя!.. Да вы проходите, молодой человек. Обстановка довольно скромная, обыденная. Очевидно, хозяева чурались роскоши. Этого можно было ожидать: начальник полиции Старого Оскола не был щеголем, на торжественных приемах, в городской администрации и других публичных местах всегда появлялся в допотопной немодной одежде.