Святая война. Начало

Я вообще врачей как-то не очень. Один раз на даче повредил палец топором, сильно повредил. Приехал в травмпункт палец размотали посмотрели – куска пальца не хватало. Обратно замотали отправили в больницу мол с такими травмами только туда и это своим ходом. Кровь не останавливается еле поймал такси. Ну в больничке всё нормально зашили. После выписки из больницы отправили в тот же травмпункт – долечиваться. Так вот из шести посещений травмпункта, каждый раз врачи были разные. Только один врач сказал, как и чем, правильно обрабатывать рану.

Остальные только поглядят, ботвой кивнут, медсестра перевяжет и выписывают талон на следующий приём. Один даже спросил – «А ты чё пришёл». А я ему – мол назначили, вот и пришёл. Короче «пи*дец» специалисты. Так что поход ко врачу, это покруче русской рулетки. Револьвер, шесть камор, пять пуль. Заряжаем, крутим барабан и в лоб. Случай конечно тяжёлый, но шанс есть.

Прошёл в комнату, кряхтя разделся. Лёг на диван и сразу вырубился. Проснулся ночью от сильнейшего толчка.

Сначала не понял, что это было. Жена тоже проснулась. Дочка младшая испуганно заплакала.

– Илья, что это было?

– Да я вообще не знаю, что происходит.

Голова ещё гудела, но в общем состояние было удовлетворительным.

– Ты видела, что на улице творится? Снег какой-то грязный сыплет, да и не снег это, вообще. А хрен знает, что такое.

– Да я видела из окна. Ужас какой-то.

Жена легла с младшенькой и тихонько её успокаивала. Выглянул в окно, «грязь» с неба так и сыпалась.

Тучи какие-то серые, зимние. Опять почувствовал толчок, но в этое раз слабее. И звук трубный, протяжный и тоскливый. Я почувствовал лёгкую панику. Вика опять заплакала, жена принялась её успокаивать. Проснулась старшая дочка Лера.

– Мам, Пап можно в вашей комнате лягу?

– Да ложись с папой на диван. Я с Викой посплю.

И тут начал замечать на улице какие-то тени. Они быстро мелькали, в такт ветру. Ну всё думаю галлюцинации. Шёпот раздался в ушах и потянуло холодом, но ощущение быстро прошло.

Легли спать, но паника похоже была не у меня одного. Младшая всё никак не могла уснуть, и я предложил лечь всем вместе. Девчонки мои вроде уснули, ну и сам начал было засыпать, когда опять прихватило сердце. Гул в ушах, не могу дышать. Почувствовал, что умираю, так было больно.

Нельзя мне умирать. Промелькнула мысль.

А как же они, мои родные мне люди…

Когда родилась Вика, я по-другому осмыслил жизнь и по- иному стал чувствовать её.