Ты

Описал неумело, знаю, но ты же просто компьютер, Джонни, на кой тебе сдались красочные описания, особенно кухни?

В общем, из еды я нашёл только белый хлеб неизвестного срока годности, открытую пачку чипсов, полупустую упаковку сосисок, которую я почему-то не убрал в холодильник, давно протухший стейк, который я всё забываю выкинуть, и листочек конопли (из пластика, конечно, это просто декорация).

Но, самое главное, к моей великой радости, на столике стояла бутылка пива… Неоткрытая бутылка пива. Тебе, мой механический приятель, не понять, каково это – найти с утра спиртное.

Да, забыл сказать, я – алкаш.

Остатки чипсов и хмельной напиток ушли достаточно быстро, и я стал думать, чем бы себя занять.

Долго размышлять не пришлось – раздался телефонный звонок. Так я нашёл свой смартфон, небрежно брошенный на полу кухни. Из трубки градом посыпался беспокойный голос моего друга – назовём его Кристофер.

– Эрл, Эрл, послушай меня внимательно, ты не представляешь… не представляешь, что произошло! Эрл, это конец, просто конец! – вопил Крис.

 – Ваня… Ваня мёртв! Ваня мёртв, слышишь, Эрл! Он мёртв! Мёртв! Помнишь, что произошло вчера на даче? Помнишь, вы были на чердаке: ты, он, и Бека. И Ваня из окна вывалился, помнишь? Короче, всё, жопа! Не смогли откачать, понимаешь? Труп! Это жесть, Эрл, полнейшая жесть! Ну что ты молчишь, Эрл? Что молчишь?

Я и правда не издавал ни звука. Честно, сам не знаю, почему. Я был в полнейшем ступоре. Как будто внутри меня что-то сдвинулось, как будто мне стало не насрать на Ваню.

– Эрл, мать твою, наш друг умер! Умер, понимаешь ты, скотина, или нет? Вот недавно только бухали с ним, а теперь – нет его больше! И не будет больше никогда, – всё горланил Кристофер. – Эрл, ну скажи хоть что-нибудь, мать твою! Я один не вывезу, скажи хоть слово!

Чувство, что мне не насрать на Ваню прошло. Ожидаемо. Я ответил спокойно, в своей манере:

– Смерть неотличима от жизни, Крис, разве ты не знаешь? Всё, что есть сейчас, абсолютно всё, в конце концов сойдёт на нет.

Тепловая смерть вселенной… А раз так, то все мы уже мертвы, Кристофер, только мертвы в будущем.

– Твою мать, Эрл. Просто. Твою! Мать! – воскликнул мой собеседник, потом помолчал и добавил: – Похороны завтра в час. У его матушки на квартире. Помнишь, мы там собирались часто, пока по своим тупикам не разъехались…

Он напомнил адрес.

– И только попробуй не явиться, а то я тебя знаю, нигилист ты недоделанный.

Он положил трубку.