Госпитальер и Призраки Льда 2

– Непонятно, кто на нас навалился на орбите, – произнес госпитальер задумчиво, шагая вперед и смотря себе под ноги, будто мечтая увидеть там что-то важное.

– Харлейцы, – сказал Филатов.

– С чего ты взял?

– Я этих тварей носом чую… Тактика боя. Некоторые нюансы. Они, точно. Больше некому.

– Значит, они теперь называются Объединение Планет Свободной Совести.

– Любят звонкие названия, сволочи! Свободная совесть! Надо ж!

– Судя по тому, что тебя называли по фамилии, их информированность выше всяких похвал.

– Утекла информация, – вынужден был согласиться разведчик. – Притом из нашего ведомства.

– Им нужен был ты?

– Вряд ли из-за меня стали бы затевать весь сыр-бор. Им нужна приорская раковина. Компенсация за артефакт, который уплыл от них на Швице.

– Сергей, все хотел тебя спросить – как ты узнал, что станция захвачена?

– Выключенная система оповещения – это нечто неординарное. И капитан вел себя как-то не так.

– Они моделировали изображение капитана Роберта Савельева?

– Точно.

Моделированное изображение невозможно отличить от настоящего. Поэтому я и устроил клоунаду – признал его как старого друга. Напомнил о старых похождениях. Он копился и не стал отрицать. То есть попался в простейшую ловушку.

Госпитальер спотыкнулся и упал, ударившись коленом о какой-то сучок. Застонал.

– Жив?

– Жив… Замаялся уже.

– Ты представь, как бы мы проводили сейчас время в плену у харлейцев. И тебе станет легче.

Госпитальера передернуло.

Он имел представление, как харлейцы встречают гостей.

Он нехотя поднялся, и они поплелись дальше. Вспомнилось, как они топали по Ботсване. По Гаскони. По Синей Долине… Все повторяется. Тогда они сумели выкрутиться. Хватит ли заряда везения на этот раз? Сомов пытался отогнать эту назойливую мысль, но она донимала его.

Над ними закружилась птица, страшно похожая на ворону, она спустилась ниже, с интересом посмотрела на людей и сиганула дальше.

– Все похоже, – произнес госпитальер.

 – Не удивлюсь, если по лесам здесь рыскают волки и в берлогах спят медведи. Оно и лучше, что нет экзотической живности.

Филатов резко вздернул руку.

– Что? – замерев, спросил Сомов.

– Тише, – негромко произнес Филатов. – Слышишь?

Откуда-то издалека раздавался треск.

– Что это?

– Ты кого еще спроси… Знаешь, давай-ка сойдем с улицы и посидим в засаде. Оно правильнее будет.

Госпитальер спорить не стал.