Бои космического значения

Лопатообразные волосатые лапы аплодировали с воодушевлением, а бородатые звероподобные рожи лыбились непристойно, как и положено лыбиться равванским наемникам. Самая отвратительная рожа, как принято у равван, принадлежала самому старшему из них. Я уже знал, что это капитан Сарн Вольген – существо опасное, от которого следует держаться подальше, поскольку он является источником большинства беспорядков как «на палубе», так и при увольнениях на планеты.

– Крепкая штучка! – тыкнул один из наемников.

– Пантера. Я бы побаловался с ней в постели, – развел капитан Вольген лапами, в одной из которых была зажата пол-литровая банка крепкого «прозрачного вина».

Я бросил на него немного удивленный взор Такая мысль могла прийти в голову только полному психу – лучше обручиться с коброй. Но равване пользовались заслуженной славой психопатов.

– Чего, сосунок, у меня что-то интересное нарисовано на роже? – угрожающе осведомился капитан Вольген.

С равванскими наемниками обычно никто не связывался.

И я не хотел открывать счет тех, кто будет бодаться с этими негодяями. Так что взор я отвел.

– Животное, – хмыкнул капитан в мой адрес и отвернулся… Кто бы говорил!

– У меня Арвин – свой в доску, – искренне жалея меня, произнес Корвен, допивая пиво. – Понимаем друг друга. Гонять тоже мастак до седьмого пота. Но он свой в доску. А СС, как скорпиона, все за километр стороной обходят.

– Мне повезло.

– С другой стороны, она выжила на «фестивале» у Звезды Алъхара.

Я присвистнул. Для меня это было открытие. На этом «фестивале» (так издавна именуют во флоте космические сражения} мало кто выжил. Он до сих пор предмет многочисленных споров, любимый объект для литераторов и режиссеров глобальинфосети.

– СС, – будто осмысливая это слово, произнес я. Оно навевало на меня какие-то туманные ассоциации, но я не мог понять какие. Понимал лишь – это что-то такое, чему образ моего командира соответствует вполне…

СС… Я замер.

Все вокруг будто стало отдаляться. Изнутри опять хищником воспряла тревога, готовая вцепиться мне в самый загривок. Мне вдруг стало одиноко и тоскливо…

– Что с тобой? – обеспокоенно потряс меня Кор-вен за плечо.

– Не знаю…

У меня опять было состояние, схожее с тем, когда я выныривал из сна, брел к двери, но не мог добрести. Я ощущал, что не могу в себе разобраться. В глубине существа лежал какой-то камень, тянущий меня вниз.