Майор Казанцев и Европейский Халифат

И мне показалось, будто тень невнятного узнавания мелькнула в его глазах. И быстро пропала.

– Ну ладно, – он достал из сумочки на поясе смартфон и вскоре уже елейным голосом заливал: – Наина Алексеевна. Нижайше прошу перенести нашу встречу. Обстоятельства, понимаете ли, они порой выше нас… Да, хорошо… Я вам весьма обязан… Да, до понедельника…

Дав отбой, он укоризненно произнес:

– Из-за вас я перенес очень важную встречу.

– Наша встреча куда важнее, – заверил я. – И интереснее. Давайте найдем место, где спокойно переговорим за чашкой чая…

Глава 6

Мы сидели на красных диванчиках друг напротив друга, как положено на переговорах.

А вокруг кипела буйная суета. Выкрикивали раздатчики тонкими голосами номера заказов. Щелкала касса. Смеялись в шумных компаниях студенты. Посетители носились с подносами, глядя, где приткнуться поудобнее.

Писатель сразу объявил, что ни в какие рестораны и пивнухи следовать он не намерен, это все мелкобуржуазные атрибуты, а он личность демократичная, ему хватит и «Макдональдса».

Тем более до оного ровно двести метров.

В принципе, выбор места для переговоров неплох. Шумно, многолюдно, внимания в этой суете на двух мирно беседующих людей среднего возраста никто не обратит. Только кофе здесь на редкость дрянной, в картонных стаканчиках. Но на то он и фастфуд, чтобы хоть сколь-нибудь искушенному человеку потреблять его только через усилие воли. А вот студентам нравится жевать гамбургеры. Тем более многие ребята здесь подрабатывают.

А потом на заработанные деньги здесь же и питаются. Круговорот биг-маков и их потребителей в природе.

Писатель был слегка взвинчен и всем своим видом показывал, что делает мне одолжение, Уже несколько раз кидал демонстративные взгляды на наручные часы, стрелка которых подползала к восьми. Вместе с тем он был страшно заинтригован. Любопытно – это базовая основа его личности. Он готов сунуть свой нос хоть в провода трансформаторной будки, если ему скажут, что там живет какая-то будоражащая воображение тайна.

– Не беспокойтесь, я вас подброшу до дома, – заверил я его, улыбаясь самой располагающей улыбкой из своего богатого набора.

– Я ни о чем не беспокоюсь, – буркнул он. – Кроме того, что на меня обратила внимание ваша организация со столь неоднозначной репутацией.

– Ой, только не говорите, что пепел замученных диссидентов стучит в ваше сердце, – хмыкнул я.

– Не стучит. Для этого я слишком большой патриот моей страны.