Ласточки летают низко

– Я сказала вон!

Никто не двинулся с места.

– Мама, сядь, – вступила Марайя.

– Помолчи, Марайя!

Альциона встала с места и бросила гневный вздор на гвардейцев.

– Исчезните!

Она подошла к одному из них.

– Это приказ Императрицы!

– Нам имеет право приказывать только Кардинал,– спокойно ответил один из гвардейцев.

– Вот как?

Альцона обернулась к сказавшему это гвардейцу, что стоял у коридора в правой части зала.

– А я имею право приказывать имперской полиции,– ответила она,– а та в свою очередь может арестовать тех, кто не согласен подчиняться Императрице! И к вашему сведенью, пока что Церковь стоит лишь на втором месте после Дворца, и в своем доме я отдаю приказы.

На этом моменте Альциона настолько сильно приблизилась к возразившему ей гвардейцу, что их носы должны были вот-вот соприкоснуться.

Она выжидала.

– Как прикажите, Императрица.

С этими словами гвардейцы послушно покинули зал.

– И не появляйтесь больше здесь! – бросила им вслед Альциона.

Только тогда, когда шаги покидающих Трапезный Зал гвардейцев стихли, она могла позволить себе выдохнуть.

– Мама… – Марайя не верила своим глазам.

– Ничего, Марайя, ничего… они не посмеют нам ничего сделать…

Альциона вышла из роли властной Императрицы. Теперь в окружении родной дочери и мужа она могла быть любящей матерью и женой.

Она направилась к мужу, и Марайя тоже встала с места.

– Они нам ничего не сделают, а вот Кардинал… – попыталась вернуть мать к реальности Марайя.

– Я с ней разберусь, – бросила в ответ кратко Альциона.

– Как?

Но она не ответила.

Альциона упала на колени перед мужем и взяла его за руку. Наконец она могла дать волю эмоциям и заплакать.

– Ох, Приам, вернись к нам, вернись ко мне, прошу… прошу тебя…

Но ответ Императора был холодным, а голос стеклянным:

– Я хочу есть.

– Любимый! Приам, я так скучаю…

Альциона начала целовать мужа в лицо, покрывая поцелуями его от щек до лба.

– Мама…

Марайя не могла сдерживать своих слез.

– Папочка, я скучаю… я знаю, что ты там… ты где-то там и слышишь нас… вернись…

Ответ Приама:

– Я голоден и хочу есть. Вы мне мешаете.

Альциона со слезами на глазах целовала ладони мужа.

– Я скучаю… любимый, я обещаю, что сделаю все, чтобы вернуть тебя… прости, что не уберегла, прости…

– Мама! Ты не виновата! – вытирая слезы ответила Марайя.