Пепельные Миры

Тогда в беседу вступил Себастьян:

– Анатас что-нибудь говорил об Ахероне?

Селена отрицательно покачала головой.

– Как мне показалось, то он хочет заняться им лично,– сказала она,– старые счеты, сами знаете. Но все это мне совсем не нравится… Анатас надеется, что мы найдем Печать, потерянную черную тетрадь, быстро во всем разберемся, и он сможет победить. Глупо, не правда ли?

– Более чем!– подтвердил Бальтазар.– Не знаю, что там на уме у нашего Анатаса, но то что не все дома – я понял, спасибо. Окей, мы найдем черную тетрадь.

Но что, если окажется, что никакой Печати не существует? Никто же ведь не знает, удалось ли Бальзамо изобрести ее до конца или же он помер, не завершив работу, а задел Печати исчез вместе с хозяином в пламени. Что тогда? Анатас сдастся?

– Нет,– покачал головой Себастьян,– насколько мы знаем Анатаса, то он пойдет до конца, чтобы добиться своего.

– Победить Ахерона…– закончила Селена.

Почему-то именно сейчас, слушая всю логику Бальтазара, Селене казалось, что у них ничего не выйдет.

Это провал! Причем полный.

Анатас требовал невыполнимого.

– А что нам о нем вообще известно?– задался вопросом Бальтазар.

Известно было, конечно, немало, но сейчас нужно все скомпоновать в одну кучу.

– Прячется в Белом Бастионе, временно затих после последней битвы, когда он намеревался захватить все Пепельные миры, долго не объявлялся,– перечисляла Селена,– сейчас вернулся в игру и сделал первый ход – похитил наследницу. Зачем она ему?

– Ломает судьбу,– пожал плечами Бальтазар,– ему не нравятся пророчества, и он хочет истолковать их под себя, чтобы добиться личной выгоды.

– И какая у него цель?– поинтересовался Себастьян.

– Власть,– ответила Селена.

– Нет,– покачал головой Бальтазар,– слишком мелочно для Ахерона. Давайте не будем забывать то, кем он был раньше, и кто были его лучшие друзья. За всеми его действиями стоит мотив, который имеет более жесткий стержень и который может далеко завести. Ахерон стремится к власти – да, но этим он прикрывает свои истинные намерения, зачем он это делает.

– И зачем же?

– Я не Ахерон и не знаю… но не только жажда власти движет им. Нет! Его сознание более запутанно и еще более извращено, чем думает он сам.

Селена выгнула бровь в ответ на такое мнение:

– Сознание? По-моему, он шизик! Псих и безумец! Отправил бы нас Анатас в Белый Бастион я бы с радостью содрала с Ахерона его белую скорлупу.

– Белая скорлупа?– Себастьяну явно это понравилось.– Ты права.