Страсти Тьмы

– Я летела к вам через полстраны… я так надеялась, что вы сможете помочь… я…

– Нам очень жаль вас огорчать, сестра Мария, но мы не можем взяться за ваше дело, – спокойно ответил Феликс.

– Я вызову вам такси, – встала с места Магдалина.

– Не стоит! – отрезала монахиня.

Услышав ее строгий тон, Магдалина замерла. Брат и сестра смотрели на девушку, которая вытирала слезы.

– Меня учили, что последнее оружие против зла, которое у нас есть, это вера и надежда. Видимо, это не так.

Ни Феликс, ни Магдалина ей не ответили.

– До свидания.

Сестра Мария поспешной походкой направилась к выходу. Когда дверь открылась, в зал вторгся шумный звон ливня. Девушка в темном монашеском облачении скрылась во мраке ночи, и дверь громко захлопнулась за ее спиной.

В комнате повисла тишина.

Магдалина посмотрела на часы на стене и решила убрать сервис.

– Ты решил, что она сумасшедшая?

– Не в этом дело, – ответил Феликс, – но мы не можем отправляться на дело, имя столь незначительные факты.

– Это далеко, Феликс.

Мы никогда не брались за дела, которые велись бы так далеко от дома.

– Ты права. Просто бедная девушка сильно напугалась рассказов людей, который столкнулись с горем, потерей ребенка. Это всегда тяжело. Что до призрака в темном лесу… страх способен порождать такие видения. Надеюсь, у этих людей все будет хорошо.

Магдалина взяла поднос и направилась к лестнице, как вдруг зазвонил телефон.

– Я возьму, – сообщил ей Феликс.

Он подъехал на кресле к стене на столике, у которой лежал телефон.

Магдалина замерла на третьей ступеньки лестницы. Она обеспокоена таким поздним звонком после столь странного визита монахини.

Феликс взял трубку и прислонил к правому уху.

– Феликс Альбин слушает.

Тишина.

На той стороне никто не говорил.

– Алло?

И связь пропала.

– Наверное, ошиблись номером, – сообщил он сестре.

Плечи Магдалины опустились, когда она успокоилась. Феликс уже схватил руками колеса кресла, как вдруг телефон снова зазвонил.

– Ох…

Он взял трубку.

– Феликс Альбин слушает.

Вместо тишины ему на этот раз ответило странно жужжание, будто помехи на какой-то радио-волне.

– Алло!

Но неприятное шуршание не прекращалось.

Феликсу заметно стало не по себе. Ему было неприятно осознавать, что он сам может подвергнуться действую страха, когда два таких непривычных события в его жизни происходят подряд. Сначала появление монахини, а теперь непонятный звонок.

– Говорите!

Шуршание стало громче.