Святые с улицы Бримо

Среди них оказался горбатый старик с седой бородой до пола, высокий бритый фанатик, еще один тощий старик с седыми редкими волосами и один молодой юноша с золотистыми волосами.

Все четверо святош-фанатиков служили свитой для пятого, самого важного, участника процессии.

Этим участником был… сам Кардинал Ноа де ла Мар.

Никто из присутствующих не сомневался, что этот человек – самый страшный человек с самой пугающей и омерзительной наружностью, которого они когда-либо встречали в своей жизни.

Так, Рыжую Бестию всегда по-настоящему пугал облик Кардинала.

Она чувствовала в нем что-то жуткое и неприятное.

Кардинал Ноа, по совместительству, являлся самым высоким человеком, которого они видели. Будучи на голову выше Анчоуса, он был выше всех присутствующих.

Высокий и тощий, носящий красные длинные облачения Кардинала, Ноа имел весьма запоминающуюся и неоднозначную внешность. Главным образом, она заключалась в том, что седые волнистые переплетающиеся жидкие волосы росли только из правой части лысой морщинистой головы.

Волосы спадали на правое плечо и немного залезали на лоб и лицо. Что касалось левой части головы Ноа, то она не имела волосистого покрова, а только морщины, складки и уродливый красный шрам, тянущийся к кончику левой брови.

Ноа носил круглые очки в серебристой оправе, за которым скрывались его выразительные пугающие серые глаза, имеющие в своем арсенале приковывающий к месту пронзительный взгляд. Очки сидели на крючковатом длинном носу.

Лицо Кардинала обезображено морщинами и множеством маленьких болезненных ямочек на щеках, словно на его кожу однажды обрушился маленький метеоритный дождик. Из волос на его голове еще была маленькая треугольная жидкая бородка. Усов Ноа не имел.

Кроме лица Ноа, в глаза бросались длинные руки Кардинала и тонкие бледные пальцы, увенчанные острыми белыми жуткими отточенными ногтями.

Сам образ Кардинала Ноа де ла Мара сразу ассоциировался с жутким человеком крайне неприятной наружности.

Все в Церкви боялись Кардинала. Кроме того, что Ноа являлся главой Церкви Йорма, он также приходился Императору Селивану Первым Советником и правой рукой, имеющей по своим командование армию гвардейцев.

Порой Бестия задумывалась: «Что такой скверный человек, как Кардинал Ноа, делает на посту главы Церкви?».

Этот человек никак не вязался с ее представлениями о духовенстве, религии и святости.

Ноа боялись все, кроме… Ходячей Старости.