Где-то за Пределом

Зачем было делать анонимный звонок? Хм… Или это не связано?

Сим прекрасно знал, что никакого анонимного звонка не было. И ему было всё равно, кого он доставил в клинику. Просьба директора выполнена, а остальное его не касалось.

– Анна, ты о чём? – с невинным видом спросил он.

– Я не собираюсь вам ничего разжёвывать. К тому же сама ничего толком не понимаю. Отвезите его на первичный осмотр. Пускай его оформят, вымоют и подлатают. Если начнёт очухиваться, вколите нормальный транквилизатор, – с нажимом произнесла Анна.

 – Хотя нет, сразу вколите.

– Да, хозяйка, – заискивающе прогнусавил Сим.

– Всё, пошли с глаз долой, клоуны.

Антон лежал на чём-то жёстком и холодном. Постепенно к его организму возвращалась чувствительность, но вместе с ней проснулись и не самые приятные ощущения. В правой ноге зарождалась тупая боль, саднила левая скула, в голове начали стучать барабаны. Резкий укол в руку, заставил Дюрана приоткрыть глаза. Он находился в ярко освещённой комнате, но видел только двух громил склонившихся над ним.

– Эй, оклемался, засранец, – сказал Рыжик. В руке он держал пустой шприц. – Это ненадолго.

Разговор Анны с санитарами наконец-то заставил мозг Дюрана работать и анализировать. Вспомнился вчерашний день, разговор и сделка с директором. Как и планировалось, он попал в клинику, но зачем было нужно устраивать весь этот цирк с санитарами.

Антон ужасно себя чувствовал. Его тошнило, то ли от выпитого вчера, то ли от удара головой о кулак. Скорее – от всего в совокупности.

Картинка кружилась, будто он нёсся на бешеной карусели. Ему казалось, что он вот-вот скатится со своего лежбища. У него не было сил терпеть всё это. В порыве слабости он решил отказаться от своей затеи, лишь бы кто-нибудь помог ему. С огромным трудом он прошептал:

– Позовите Херша…

– Мне показалось, или он пытается что-то сказать? – откликнулся один из санитаров.

– Что ты промычал? – спросил Рыжик, склоняясь над Дюраном.

Антон не смог ответить. Начала действовать психотропная отрава, и он провалился в спасительное ничто.

3

Двумя этажами ниже коренастый кругленький мужчина с пышными седыми усами, как у заправского гусара, позвякивая тяжёлой связкой ключей, открывал двери морга. Петра Ивановича уже предупредили о накопившейся за ночь работе, что никоим образом не улучшало его и так поганое настроение. С определённой долей злорадства он смаковал различные матерные эпитеты, которыми наградит опаздывающих помощников.