Крещенные кровью

Перед глазами возникло венчание, дом, дети.

И вдруг Аверьян понял, почему Стеша выходила из церкви!.. Он прибавил шаг и последовал за ней. Где-то в глубине души зарождалось смутное, до сих пор неизведанное чувство: будто он очищается от скверны и наполняется чем-то хорошим.

Шагавшая впереди жена неожиданно резко обернулась:

– Здравствуй, Аверьян.

Он едва не налетел на нее всем телом, не успев остановиться. Стеша, к которой все это время он боялся даже приблизиться, стояла прямо перед ним в простеньком сарафане, с белой косынкой на голове, раскрасневшаяся и красивая.

– Думаешь, што я не углядела тебя у церкви? – сказала она не очень-то приветливо. – А я видела, што ты за мной топаешь. Што, совесть загрызла или соскучился?

Щуря глаза, она смотрела на Аверьяна с ожиданием. Но он ограничился только неловким пожатием ее руки.

– Не серчай, я задумался и… не сразу заметил тебя.

– И об чем же думы твое? – Стеша уже не могла скрыть обиды, и из ее глаз показались слезы.

– Дык энто… Суета разная, – Аверьян мямлил, как пойманный с поличным жулик.

– Суета значится?! – теперь Стеша взглянула на него открыто и осуждающе. – А я-то грешным делом подумала, што ты о семье вспомнил? А я ужо тебя похоронила, кот ты блудливый.

– Ежели похоронила, знать, долго проживу, – хмыкнул Аверьян. – Люди эдак говорят, я сам слыхал. А домой вернуться я завсегда мечтал и мечтаю!

– Тады пошто прячешься по закоулкам, бутто пес бездомный? Мне люди ужо давно сказывали, што тебя, козла, зрили, а я не верила им, дура бестолковая.

Аверьян взял жену за руки, отвел в сторону.

– Понимаешь, – сказал он ей, глядя в глаза, – не мог я домой возвернуться. Не мог! – Лицо у Аверьяна стало серьезным, он покачал головой пряча глаза. – Негож я для жизни семейной таперя. Я не ужо тот Аверьян, каковым ты меня знала и помнишь.

– А какой же ты стал? – чуть отступив назад, Стеша осмотрела его придирчивым взглядом с ног до головы. – Не золотой, гляжу, и не серебряный? Што в тебе эдакова, што выше нас себя ставишь?

Аверьян устремил взгляд на церковный купол, возвышающийся за спиной супруги.

– Ты што, оглохла? – грубо прикрикнул он на Стешу. – Я разве непонятно сказал? Ступай домой, баба чертова, опосля загляну и все обскажу сызнова!

– А нет у тебя дома, понял? – воскликнула в сердцах супруга.