Чужая кровь

Его глаза вспыхнули диким огнем, ноздри раздулись, он посмотрел на Владимира, затем на стены вокруг. Яков уже доставал Трофима из сундука и старался поставить на ноги, но тот не мог стоять ровно. Он занял промежуточное положение между стоящим и сидящим в той позе, в которой он провел уже более суток.

– Он его в спину убил… – оглядывая ученого с ног до головы, сказал Яков. – Он его в спину, Сага…

Яков задохнулся от гнева и развернулся к Владимиру, на его глазах выступили слезы.

– Погоди, погоди, – встал между ними Сагитай.

 – Тут камеры, брат… Нельзя… Нельзя…

Яков в своем движении к «продавцу» уперся в Сагитая.

– Брат! Брат! Нельзя! Нельзя! – сдерживал его Сагитай.

Яков, тяжело дыша, смотрел на Владимира. Ледяная ярость гигантским молотом готова была обрушиться на него. Трофим стоял, покачиваясь, бездумно глядя в сторону. В его руке была зажата черная статуэтка химеры.

– Они же только в Зоне встают… – в ужасе прошептал «продавец».

Серые волосы на его голове стояли дыбом, глаза провалились внутрь от страха, цвет лица своей серостью и черными кругами под глазами мало чем отличался от лица Дока.

Сагитай, внимательно глядя на вроде как приходящего в себя Якова, потянулся за телефоном на своем поясе. Набрав несколько цифр, он дождался гудка.

– Шеф, мы нашли его. В магазине. Нет, не живой, – пауза. – Застрелен. Да, он. Крышей двинулся…

В это время Владимир, не понимая, что делает, повернулся и потянулся к выдвижному ящику стола. Приоткрыл его, показав рукоять пистолета.

Реакция Якова была молниеносной. Он сделал шаг, одной рукой схватил того за одежду на груди, другой за пояс и, слегка крутнув и подсев под него, поднял над собой так, что «продавец» чуть ли не коснулся лицом потолка. Еще мгновение, и Яков с силой, словно куклу, бросил его перед собой на пол. Кроме непередаваемо жуткого шлепка тела о кафельный пол как будто еще что-то булькнуло. Сагитай не успел открыть и рта, а «продавец» лежал без сознания на полу. Отодвинув телефон от лица, он включил громкую связь и видео.

– Шеф велел дать картинку, – сказал он Якову.

Несколько секунд телефон молчал, в то время как шеф на той стороне объектива внимательно осматривал помещение.

– А что с Володей? – раздался резкий оцифрованный голос их шефа, голубоглазого стратега Алексея Викторовича Худных, когда он разглядел расплывающуюся лужу крови под головой лежащего без сознания «продавца».

– Упал… – мрачно ответил Яков.

Из трубки раздался тяжелый вздох.