Янтарь. Вирус бессмертия

Он ничуть не хотел кончать с собой, но за долю секунды понял, что его комбинезон точно выдержит хотя бы один прямой разряд электры, а мутант получит без скидок. Чувствуя близкое спасение, уже не надеясь на дальний выстрел снайпера, который бы прикончил снорка, Трофим с ликованием сумасшедшего полз в аномалию. Снорк, хрипя, настигал его. В последний момент эколог повернулся боком, чтобы не получить разряд именно в голову, и, чувствуя, что находится в пределах досягаемости как мутанта, так и аномалии, лег на спину и подкатился к ее переливающимся разрядам.

Те с тихим шелестом приняли его, не желая тратиться на диэлектрическое покрытие комбинезона. Снорк с почти читаемым недоумением остановился у края срабатывания аномалии и тревожно нюхал землю справа и слева, глазами, однако, неотрывно следя за человеком. В его мозгу происходил мучительный мыслительный процесс, в котором боролось искушение схватить и вытащить наружу такого слабого и беспомощного двуногого и опасение перед переливчатыми нитями аномалии. Наконец, жадность победила, и мутант осторожно протянул руку к лежавшему от него в полутора метрах человеку. Ослепительная вспышка и треск разряда. Трофим со страхом замер, ожидая разряда также и по себе, но аномалия не увидела его, за несколько секунд грохотом выдав еще несколько молний в задымившегося мутанта, немного померкла, успокоилась и вновь заиграла белыми переливами энергии.

Трофим открыл глаза. Мутант лежал и дымился в метре от него, буквально прожженный насквозь в нескольких местах.

Рука, которой он тянулся до ученого, была без кисти и обуглена, шея также прожжена до позвонка, еще несколько меньших черневших и дымящихся кратеров обозначались на теле. Запаха не было, поскольку комбинезон сейчас работал в режиме максимальной защиты, и кислород подавался из плоских пластиковых баллонов за спиной. Чувствуя победное ликование, Трофим осторожно выбрался из аномалии, стараясь не задеть труп мутанта. Не заметив сам, как он сел на землю, он беззвучно рассмеялся, в этом смехе была и скрытая истерика избежавшего гибели человека, и понимание того, как он глупо и по-дурацки поступил, выбежав из лаборатории, не сообщив никому, и что-то еще, что противоположно ужасу и боли, пережитым им минуту назад. Недалеко уже виднелись черно-красные фигуры долговцев и зеленый комбинезон его коллеги.

Глава 2. В шаге от периметра

Через день старший научный сотрудник, некробиолог Трофим Аристархович Гудин был вполне здоров.