Долгая поездка

Как только скрежет за стеной стих, створки медленно раздвинулись, открывая взгляду маленькую кабину, похожую на квадратную пещеру. Стены и пол кабины выглядели точь-в-точь как каменная порода, а вот потолок был глянцево чёрным, словно стеклянным. В четырёх углах кабины под потолком горели красные огни, освещая лифт тревожным алым светом.

– Залезай! – осторожно подтолкнув удивленного Стива, быстро произнесла девушка и запрыгнула следом. Створки медленно начали закрываться – Сейчас расскажу.

– Я требую объяснений, юная леди! И немедленно – нарочито менторским тоном сказал Стив, пытаясь выдавить улыбку.

Кажется, всё это безумное приключение приближалось к своему концу – Как только поднимемся, ты мне всё расскажешь, идёт?

– Ну, для начала, мы едем не наверх, а вниз, Стефан – мягко прервала его Эмма. Словно подтверждая её слова, каменный пол под ногами Стива вздрогнул и медленно пополз вниз под аккомпанемент скрежета камней снаружи кабины. Улыбка на его лице моментально увяла.

Девушка продолжила – Кстати, приложи свой палец к сканеру на рукояти. Тогда он снимется с предохранителя. Просто, на всякий случай.

– На какой ещё случай, черт возьми? – потеряв самообладание, воскликнул Стив, откровенно дав петуха – Что тут происходит?!

Секунду поколебавшись, девушка взглянула в глаза Стиву и, сделав глубокий вдох, заговорила:

– Помнишь, я говорила, что однажды надо будет смотаться к моим родителям в Хоулар, познакомиться?

Стив неуверенно кивнул.

В памяти всплыл тот короткий разговор полугодичной давности на крыше Хадльгримскиркьи, высоченной лютеранской церкви в Рейкьявике. В тот вечер они громко спорили, выясняя кто же всё-таки открыл Америку: Колумб или Лэйф Эрикссон, чья статуя расположилась прямо перед входом в башню церкви. Там же они в первый и последний раз в шутку обсуждали свадьбу и размышляли, на чьей родине лучше её сыграть. В итоге было решено провести церемонию в Канаде, чтобы родственникам и друзьям со стороны и невесты, и жениха было одинаково неудобно.

– Тогда я ужасно перепугалась, что… Правда – она такая странная. Я боялась, что ты просто сбежишь от всего этого – невесело усмехнувшись, продолжила Эмма – От приемных родителей, которые нашли меня двухлетнюю на склоне холма рядом с их домом, я уехала в двадцать, через пару лет после того, как они рассказали мне, что я не их дочь. Это было наше общее решение, я не сбегала, ты не подумай.