Лучший ребёнок в мире

То жертву убивают молотком, то душат бельевой веревкой (ее нашли обернутой вокруг шеи школьника, ставшего вторым убитым в серии смертей, маньяк выколол ему глаза перед удушением), а иногда на теле жертвы экспертиза обнаруживает ужасающие видавших виды рваные раны, которые нанесены собакой (предположительно бойцовой породы).

Невольно может возникнуть вопрос: почему Олег Шилов решил, что все девять убиенных – на совести одного человека? А потому, как этот душегуб каждый раз оставляет на месте преступления письма, если их в принципе можно так охарактеризовать… Все – от руки, почерк разборчивый, но какой-то жутковатый (точно безумец хотел исполнить пугающие ряды иероглифов, а вместо этого получались черные «отпечатки» кошмарных клякс).

Кстати, об отпечатках: в базах данных их, конечно же, нет. И проверка стоящих на учете в ПНД также не дала результатов. Надо было ждать дальше. Вдруг убийца проколется, совершит ошибку, и тогда останется только взять его с потрохами (лишь бы потроха эти не принадлежали очередной несчастной жертве)…

Олег Ильич задумчиво глянул в окошко: вполне погожий день, на небе легко-мягкие облака, все очень безмятежно, почти что маленький рай.

Но ангелы здесь крайне злобные ребята. Ведь имя неуловимого маньяка – Ангел. Он сам себя так назвал, подписывая этим прозвищем каждое свое послание.

Ангел, твою мать! Служитель Всевышнего!

Более кощунственной иронии придумать вряд ли возможно… Следователь Шилов снова взял со стола прозрачный «файл», внутри которого находилось последнее письмо убийцы.

Текст был такой:

Девица Волчица откусит твое сердце

Океан мрака будет всегда одинок

Сорванное вскользь лицо покоится ровно

Истинная радость долго не длится

Мозг красиво разбит

Свет неотразимо разит

Стон уклончиво разлит

По планете песка сохнет память роз

Кладбищенский букетик

Солнечный смерч рушится почти воздушно и скоро

Теплая кротость весны тает тайными знаками

Мучительная плоть изменяется

ВСЯ!

Кровавый ребенок скрыт где-то ниже

Лед скован железной рукой

Праведность ухмыльнулась

Вторичная сложность становится мерзкой, когда мои рабы

после смерти вырвутся в мир, которого не хватит даже

для жалких, убогих, слепых

Но мощь предстоящая будет страшнее

Стоны нужны

До следующего огня мрачных красок

Ждать осталось мало

Всегда ваш

Ангел

Продолжение следует…

Вот такое письмецо.

Бред сумасшедшего полнейший.