Фига из будущего

Её измученное одиночеством большое тело трепетало в тот момент, когда голос в трубке мягко и томно предложил поужинать вместе.

– Да, я заканчиваю в восемь…

– Чудесно. Буду ждать вас у магазина. До встречи.

Всё оставшееся время рабочего дня Катя провела в эйфории предчувствия. Мысли её уносились вдаль, подгоняемые игривым ветром женской фантазии, и рисовали картины такого характера, что на них можно было ставить надпись: «Детям до восемнадцати смотреть запрещается!». В восемь с небольшим у магазина Катю ждал Давид.

Элегантный костюм (оказался в комнате геолога). Лёгкая небритость, огромная красная роза в руке и улыбка. Набор довольно пошлый, но работающий… особенно в провинции.

Встреча переросла в скромное пожатие рук, передачу цветка и приглашение отужинать в домашней обстановке… со стороны Кати. Ей не терпелось затащить красавца в своё гнёздышко. Она не доверяла ужинам в ресторанах. И имела нехороший опыт таких встреч. Когда, проведя весь вечер с кавалером, остаёшься одна лишь только потому, что кавалер, употребив изрядно водки, уходил с другой посетительницей общепитовского заведения и только потому, что у неё тоньше талия или больше грудь.

«Нет. Только в домашней обстановке. Оттуда ему не уйти!» За первыми робкими и трогательными сценами разгорающегося романа Катя както позабыла о долге… А Давид как-то не напоминал…

Утром следующего дня холостяцкая квартира Кати обрела новый статус. Появление мужской одежды на стуле у окна и ботинок сорок третьего размера под вешалкой в прихожей превратили женское скромное жилище в полноценный домашний.

очаг… Причём. очаг. в. понимании. не. как. огонь, а как семейная берлога. Хотя квартирка была очень милой, чистенькой и дорого обставленной. Берлогой её в душе окрестил Давид, так как решил отлежаться в ней как можно дольше. Он сильно поизносился, проигрался и отощал за последний год скитаний с бурными весёлыми застольями, лихими загулами и бессонными ночами: вначале – за вполне светским преферансом, а далее – опустившись до простой плебейской забавы «сека» и «очко».

Катя сияла от счастья, готовя завтрак и наслаждаясь положением. Она ликовала всем своим истосковавшимся женским организмом от мужского присутствия. Ночь прошла удачно. И это слабо сказано! Гостеприимная королева продовольственной торговли в жизни не имела ничего подобного. И отпускать своё счастье не желала. Она строила планы, придумывала поводы, дабы оставить Давида у себя на «пожить». Поскольку желания обоих совпали, договорились быстро.