Жемчужина, выпавшая из короны. Любовный исторический роман

А рапорт об отставке всё-таки напишите.

– Что, прямо сейчас? – вяло удивился поручик.

– Да-с, сейчас. Зачем оттягивать? Кстати, барон фон Брауде тоже предпочел в отставку уйти. Уезжает в Лифляндию сразу после похорон. У него там имение.

Леонард взял лист и перо, придвинул чернильницу, и быстро написал рапорт. Расписавшись, подал бумагу Иловайскому.

– Вот и отлично! – пробормотал тот, дуя на чернильные строчки, – За сим, разрешите откланяться!

Поручение генерала-губернатора было выполнено.

Вот он и отставник с пустяковым пенсионом! Нет, право слово, куда деваться-то? Можно, конечно, пожить у дяди, он примет, но тётя Мотя… Да и положение приживала претит.

Леонард представил, как целыми днями он бесцельно слоняется по дому и от безысходности пьянствует. Б-рр!

Невеселые мысли прервал новый визит. На сей раз это был поручик Михайлов.

– Лёня! Ты, говорят, в отставку подал? – с порога загремел он.

«Быстро же слухи распространяются!» – с досадой подумал Леонард, – «И часа не прошло!»

– Да, вот, решил, что хватит с меня воинской службы.

Михайлов уселся в кресло.

– Понимаю… А что делать собираешься?

– Не знаю пока. Но из Москвы уеду. Начну новую жизнь.

Александр сочувственно кивнул. Посопев, вытащил конверт.

– Я, это… Мы с фон Теофельсом с мечами разобрались хорошенько… Получилось, что не доплатил я тебе. Вот, возьми. Здесь пять тыщ, – краснея и отводя глаза, он протянул конверт, – Пригодятся.

Леонард понял его и деньги взял.

– Спасибо, Саня! Ты настоящий друг!

Михайлов сконфуженно улыбнулся. Помолчали. Разговор не клеился.

– Как Ненила поживает? – спросил, чтобы сказать хоть что-нибудь, Леонард

– Ты знаешь, Лёня, Ненила-то у меня в тягостях! – выпалил Михайлов радостно.

– Ну да?! Поздравляю! А как же презерватиф?

– Порвался в первую же ночь, – развел руками будущий отец, и, помявшись, добавил:

– Ну его! Не понравилось нам обоим.

– С дитём-то, как решишь? – поинтересовался, улыбаясь, Леонард.

Вопрос был деликатный. Дети, рожденные от крепостных, обычно официально не признавались, и считались также крепостными.

– Признаю своим! – твердо заявил Александр, – Моё будет отчество и фамилия! Воспитаю, образование дам, и вообще…

– А жениться на Нениле будешь?

– Зачем? Нам и так хорошо! Она в доме хозяйка, ключница.