Узел судеб. Полусказка

А, вот, что дальше делать? Вспомнился стих: «У меня растут года, будет мне семнадцать! Кем работать мне тогда? Чем заниматься?» Да, в декабре стукнет восемнадцать, и весной призовут в ряды Красной Армии. Но, это же целых восемь, а то и девять месяцев! А профессии нет…

Полный раздумий, он ступил на привокзальную площадь. Обратный билет имелся, так что в очереди в кассу стоять не надо. Сколько там до поезда? Пятнадцать минут. Но, только парень собрался повернуть к платформам, как путь преградила дородная цыганка с чумазым младенцем на руках.

Младенец жалобно плакал.

– Ай, молодой-симпатичный… – начала она нараспев.

Антон шарахнулся, ибо неоднократно слышал рассказы об обжуленных цыганками людях.

– Э, погоди, красивый, я не затем, о чём ты подумал! – воскликнула цыганка, – Вот, мальчика моего благослови! Положи ему на голову руку!

– Чего?! – обомлел парень.

– Того! Ну?

Переложив в левую руку авоську с продуктами, Антон коснулся ладонью лба малыша. Тот сразу перестал плакать и заулыбался.

– Вот спасибо-расспасибо! – растроганно вскрикнула мамаша и втиснула в руку Филина скомканную десятку, – Удачи тебе, хороший человек!

– Не надо… Зачем… – растерянно забормотал Антон, пытаясь вернуть деньги, но цыганка спрятала руку за спину и отступила на шаг.

– Надо! А то не поможет! – веско заявила она.

– А… что с ним? – несмело поинтересовался «хороший человек».

– Порча, – понятно и, вместе с тем, непонятно объяснила представительница загадочного народа и повернулась, чтобы уйти, но тут неизвестно откуда возник милицейский сержант.

– Стоять! – рявкнул он ей и повернулся к Антону.

– Что, парень, на деньги развела? Много за гаданье заплатил?

– Нет… Она сама мне червонец дала…

Сержант выпучил глаза:

– Не, правда, что ли?

– Ага…

– Ну, блин, первый раз такое слышу!

Цыганка уже исчезла в толпе, и несостоявшийся студент сел в подошедшую электричку. Народу было много, поэтому пришлось ехать стоя. В тамбуре.

Со всех сторон давили рюкзаки дачников, чья-то сумка удобно устроилась на ноге, плюща стопу чугунным прессом. Но, несмотря на эти неудобства, настроение почему-то улучшилось. Мысли крутились и вращались вокруг произошедшего. Ребёнку явно получшело. «Но, почему я?»

Ответа так и не нашёл.

Через три дня Антон услышал, как директор ГОРОНО поздравил по городскому радио всех молодых электронцев, поступивших в высшие учебные заведения и техникумы.