Электронная совесть (сборник)

– Восточной.

– По Гринвичу или Пулкову?

– Гринвичу.

– Отлично! Координаты гарантируем с точностью до трех минут. В случае чего, придется там пешочком. Понятно?

– Понятно.

Плевако нажал красный клавиш сбоку машины и подхватил на лету выскочивший откуда-то картонный жетон, испещренный непонятными знаками.

– Желаю успеха! – сказал он, протягивая жетон Курочкину. – Сейчас подниметесь на двенадцатый этаж, отдел пять, к товарищу Казановаку. Там вам подберут реквизит. А затем на первый этаж в сектор хронопортации.

Жетон отдадите им. Вопросы есть?

– Вопросов нет! – бодро ответил Курочкин.

– Ну, тогда действуйте!

* * *

Курочкин долго бродил по разветвляющимся коридорам, прежде чем увидел дверь с надписью:

5-й отдел

ВРЕМЕНА И НРАВЫ

– Товарищ Казановак? – спросил он у человека, грустно рассматривающего какую-то тряпицу.

Тот молча кивнул.

– Меня сюда направили… – начал Курочкин.

– Странно! – сказал Казановак. – Я никак не могу понять, почему все отделы могут работать ритмично, и только во «Времена и Нравы» сыпятся посетители, как в рог изобилия? И никто не хочет считаться с тем, что у Казановака не две головы, а всего лишь одна!

Смущенный новой для него интерпретацией свойств рога изобилия, Курочкин не нашелся, что ответить.

Между тем Казановак отвел от него взгляд и обратился к девице лет семнадцати, сидевшей в углу за пультом:

– Маша! Какая же это набедренная повязка древнего полинезийца?! Это же плавки мужские безразмерные, двадцатый век. Пора уже немножко разбираться в таких вещах!

– Разбираюсь не хуже вас! – дерзко ответила девица.

– Как это вам нравится? – обратился Казановак непосредственно к Курочкину. – Нынешняя молодежь!

Курочкин изобразил на своем лице сочувствие.

– Попробуйте снова набрать индекс, – продолжал Казановак. – Тринадцать эм дробь четыреста тридцать один.

– У меня не десять рук! – огрызнулась Маша. Вот наберу вам копье, потом займусь повязкой.

По-видимому, дела, которые вершил отдел «Времена и Нравы», были под силу только мифическим десятируким, двуглавым существам.

Однако не прошло и трех минут, как получивший и копье и повязку. Казановак снова обернулся в сторону Курочкина:

– Чем могу служить?

– Мне нужно подобрать реквизит.

– Куда именно?

– Иудея, первый век.

На какую-то долю секунды в бесстрастных глазах Казановака мелькнула искорка одобрения. Он придвинул к себе лежавший на столе толстый фолиант и, послюнив палец, начал листать страницы.