Олени не придут

– Всё хорошо, зай? – спросила Лера, стараясь приглушить нотки тревоги в голосе, хотя, честно говоря, впервые видела свою дочь такой довольной.

Получив утвердительный кивок и успев поймать за руку подоспевшего Даниила, который косо посмотрел в сторону зверя, она взяла тайм-аут и в конце концов решила не портить ситуацию расспросами, ограничившись лишь одним:

– Кто это? – Лера посмотрела на компаньона дочери, а тот посмотрел на неё и, как ей показалось, слегка подмигнул.

– Лис, – коротко и сухо ответила Мэй.

– Мы подружились, – поддержало существо и вернулось к такому же отстранённому наблюдению за небом.

– Хорошо! – только и сказала Лера, хотя душу её переполняла радость вперемешку с кучей вопросов. – Ну… мы пойдём?

И она настойчиво поманила Морякова прочь.

* * *

– Это удивительно, – всплеснула руками Юлия Сергеевна, психолог, которая заинтересовалась сложным случаем и уже два года наблюдала за юной подопечной, но по такому поводу неожиданно быстро приехала лично. – Как ему это удалось? А, собственно, что это за лис? То есть кто?

– Это мой дворецкий, Иван, – ответил хозяин дома.

 – Подарок AI ассоциации, с которым мы, можно сказать, сдружились.

– Я не первый раз работаю с дженериками, но, простите, такого высокого уровня поведения не встречала.

Доктор вопросительно покосилась на хозяина дома и застыла, но Даниил согласился ответить только после обмена взглядами с любимой.

– Он… он на не совсем легальном положении. Точнее, на совсем нелегальном.

– Я правильно понимаю, что он – один из тех «альфа»?

– Да! – скрепя сердце сознался хозяин.

– Удивительно! – взволнованно повторила Юлия Сергеевна, взяв в руки стакан воды и тихонечко покружив его дном по зеркальной поверхности стекла.

– Кстати, этот аватар он себе сам придумал… Вообще он многоликий.

Юлия Сергеевна ответила на реплику холодным взглядом.

– Вы хоть понимаете, что произошло?! – риторически обратилась она к собеседнику и тут же продолжила с выдохом, не требуя ответа и не спрашивая разрешения у Леры.

 – Её мозг не имеет никаких физических отклонений, никаких дефектов. Он просто закрыт от потоков информации некой стеной, вроде тех firewall, что правительства пытались делать пару десятилетий назад, создавая «суверенные интернеты». Она всегда бессознательно усваивала только 0,5% получаемых данных, только нужную ей часть, как будто берегла вот это, – Юлия Сергеевна постучала себе по темечку, – для чего-то значительно большего.