Трансформатор, или Раскачивая лодку

Никто не выдавал разрешения, МЧС не проверяло, речники никаких предписаний не выписывали – это при местном-то паводке! Сейчас еще, как всегда, окажется, что собственника нет, и красота – НИКТО не виноват! Снова посадят спасателей за то, что не спасли…

Андрей промолчал. У него пока не было четкого собственного мнения, а в таких ситуациях он инстинктивно предпочитал для начала впитывать информацию.

– Надоело, – Волк отхлебнул из кружки бельгийского Trippel, который официантка принесла, среагировав на недавний взмах руки одного из постоянных клиентов.

– Детей жалко, – добавил Андрей, и друзья на время погрузились в молчание, уткнувшись в экраны телефонов. Говорить не хотелось.

* * *

Вся пятничная новостная сетка была посвящена вчерашней трагедии, задвинув на второй план даже внешнюю политику. На таком фоне и президента не покажешь…

Случай обсуждался на бизнес-встречах, совещаниях, перекурах. На телевидении и в интернете смешались обвинения, призывы, вбросы, конспирологические теории и немногие сухие репортажи так, что составить объективную картину произошедшего было крайне сложно.

Наверное, от СМИ это и требовалось – размазывать внимание к отдельным персонам, в первую очередь ставленнику-губернатору и его команде. Чистую информацию, пусть и с налетом субъективности, можно было найти только в блогах-репортажах очевидцев, и ссылки на них абсолютно естественным образом, без поддержки армии ботов, быстро распространились по соцсетям и мессенджерам большинства живых и мыслящих людей. Да так, что даже голосовые помощники в смартфонах и колонках, – умные, но на тот момент, по большей части, отдающие приоритет частоте запросов и популярности мнений в интернете, – внезапно взялись открыто критиковать власть.

Вечером, после официальной пресс-конференции представителей МЧС и прокуратуры, паззл, наконец, начал складываться, и телевидение стало выводить в эфир все больше и больше подтвержденных фактов.

Плавучий ресторан появился в этих водах несколько лет назад, судя по всему, спасаясь от антидебаркадерной кампании в Москве или Санкт-Петербурге. Чем было это деревянное сооружение – баржей, гигантским баркасом или чем-то еще, теперь предстоит разобраться следствию, так как никаких записей о включении в судовой реестр, никакой информации о месте приписки или технических освидетельствованиях обнаружено не было.