Посол человеческий

Расположенный на холмистых берегах Волги скромный и уютный город привлекает немало внимания, особенно со стороны москвичей. Жители столицы приезжают в Кинешму, чтобы отдохнуть, насладиться чистым воздухом и красотой волжского простора. И ничего не боялись. А самим кинешемцам всё уже привычно: и мосты, и бульвары, и набережные, и театр имени Островского и все эти парки да скверы. Такой вот тихий городок.

Поезд из Москвы в Кинешму прибыл чуть после восхода солнца, ранним утром в среду. Некоторые пассажиры заранее собрались в тамбуре, проталкивая перед собой большие сумки и набитые пакеты.

Те из них, кто оказался терпеливее, ждали на своих местах. Нестор проснулся незадолго до остановки. Помятый и не умытый. Если ему что-то и снилось, то он сразу забыл и не смог вспомнить. Он помнил только, как в ночи поезд делал остановки, скрипя колёсными парами, и как одни пассажиры выходили, а другие входили в вагон.

За окном виднелись знакомые районы города, что не могло не радовать.

Когда состав резко качнуло, началась суета. Нестор встал с кресла в числе последних пассажиров. Через пару неловких минут он вышел на перрон.

В холодном воздухе родной провинции Нестор ощутил куда больше свежести, нежели на улицах Москвы, даже если учесть, что сейчас он стоял возле остывающего состава, и при этом мешал приезжим уйти. Кто-то нарочито задел его, ясно дав понять, мол, иди уже. Нестор вернулся из пучины своих мыслей, но лишь на секунду, чтобы дать волю ногам, да снова погрузиться в размышления.

А мысли его, расплывчатые и нечёткие по утру после неважного сна, были только об одном – о деньгах и о том, как бы поскорее от них избавиться. Рубли – таким новым и странным звучало это слово в его голове. Таким незаконным, как попытка убийства. Из любопытства Нестор пошевелил языком, беззвучно произнося эти слоги. Его охватило вполне оправданное волнение; за хранение валюты могли назначить внушительный срок.

Однако внешне Нестору удавалось сохранять спокойствие.

Ведь к счастью для него, здесь, в отличие от Москвы, уровень безопасности был на порядок ниже. Никто не следил за из каждого куста. Быть может, Архип рассчитывал именно на это. Скорее всего так. Какой же ты хитрец, папаня, подумал Нестор, да пошёл прочь с платформы.

Здание вокзала представляло собой невысокую – как и многие дома в Кинешме – постройку со строгими прямыми формами, серую, как безнадёжные пасмурные дни.