Тайник Лешего

“Зачем, дружище, зачем?” – отчаянно подумал выпрямляющийся Арсений, понимая, что теперь им по-любому не избежать потасовки.

Скула на физиономии кавалера Полины дёрнулась. Он почесал нос и небрежно сказал своему корешу:

– Займись-ка этим борзым, Череп.

Второй негодяй сразу же устремился к Артёму, уже принявшему стойку. Наряду с тем Сергей накинулся на Дубовцева. Началась драка.

Смирягин бросился в ноги противнику, грохнул того на землю и обосновался сверху, норовя треснуть Черепа по морде. Однако бандит оказался крайне изворотливым.

Он высвободился из хватки Артёма, поверг его на лопатки и, впившись в шею, взялся яростно душить, прижав к раскалённому от солнечных лучей асфальту. В глазах потемнело, дышать было нечем.

Одновременно доставалось и Арсению, который, укрываясь блоками, защищался от сокрушительных тумаков бандита. Несколько раз рассвирепевший наркоман достиг цели. Он расквасил Дубовцеву нос, порвал нижнюю губу и вышиб зуб, превратив лицо парня в настоящее кровавое месиво.

Не в силах больше сопротивляться, изобретатель упал на асфальт, держа перед собой вытянутые руки.

Сергей сел на него и продолжил беспощадную бойню. Когда Сеня ответил ему слабым шлепком, зацепившим подбородок оппонента, мерзавец окончательно потерял над собой контроль, остервенел и, обзаведясь лежащим около них куском арматуры, замахнулся им, дабы нанести решающий удар.

Несколькими минутами ранее…

Подпрыгивающая на кочках раздолбанной асфальтированной дороги милицейская “четырка”, вздымая пух, ехала мимо ветхих, но доселе обитаемых домов старой части города.

За окном мелькали унылые серые пейзажи, которым, казалось, не было конца.

На сей раз машиной управлял Павел, выдерживающий, как того велел запрещающий знак, скорость в 40 км/ч. Очень уж правильный Сергеев свято чтил ПДД и всегда старался соблюдать их за вычетом редких случаев, носящих вынужденный характер. Гонял он откровенно редко, да и за руль служебного транспорта садился не часто.

Однако даже с его аккуратным вождением миновать все препятствия не удавалось, и автомобиль периодически громыхал подвеской, ухая в ямы.

Трофимов, расположившийся на пассажирском месте, с интересом вертел в руках отданный ему продавцом “Карнавала” почерневший пожарный ствол.

– Вот она, долгожданная зацепка! – ликующе сказал следователь.

– Сомнительная улика, – вскинув бровь, отозвался лейтенант.

– Плохо Вас в академии учили, – проворчал Алексей.