Тайник Лешего

Широкоплечий хозяин дома, в коем было аж две сотни сантиметров роста и сто пятнадцать килограммов веса, закрыл ворота, подошёл к гостю, слезшему с “Явы”, упёр мощные руки в бока и поприветствовал друга:

– Реджи!

– Ну, здорова, Игорёк! – ответил тот, снял со спины ружьё, где красовался выбитый на цевье девиз “Без страха и упрёка” и, положив свою двустволку на забитый сумками и мешками боковой прицеп, принялся мериться силой рукопожатий с товарищем, чья колесообразная грудь находилась на уровне его глаз.

– Сдаёшься? – сдавливая ладонь гостя всё сильней, хохотнул Игорь, смотрящийся настоящим великаном в сравнении с прибывшим низкорослым другом.

– Не дождёшься, – ухмыльнулся покрасневший от прилагаемых к сжиманию усилий Реджинальд.

– Неужели? – вскинул бровь великан и сломил сопротивление оппонента.

Тогда карлик скорчился от болевых ощущений и, выдернув руку из крепкой хватки хозяина имения, стянул с головы чёрный кожаный шлем пилота, оголив матовую бугристую лысину, чей плачевный вид дополняли скудные пучки колючих тёмно-русых волос, торчащие из-за угловатых ушей, и жиденькие патлы, бедно распределённые по нижней части сильно выступающего плешивого затылка.

– Я уже позабыл, насколько сильная у тебя лапища, Гулливер, – покачал головой мотоциклист.

– А племяш до сих пор не верит, что я голыми руками дуб выкорчевал…

– Ты сейчас что ли про то гнилое бревно в огороде, которое было тебе по колено? – с издёвкой уточнил Реджинальд и, блеснув золотой коронкой на зубе, запыхтел сигаретой, выуженной из завалявшейся в кармане упаковки с надписью “Оптима”.

– Ахах, да иди ты, Реджи! – отмахнулся Игорь и почесал свою шевелюру пшеничного цвета. – Из-за таких вот шутников пацан думает, что мне по плечу только картошку в огороде окучивать да грядки полоть. А ведь у него по моей линии такая родословная! Его дед, то бишь наш с его мамой отец – коренной сибиряк! Настоящий русский богатырь! Участвовал в кулачных боях, во время которых ему левую руку к телу привязывали, чтоб он никого не угрохал насмерть! Бился одной правой!

– Тебе б я завязывал обе руки… – выпустив изо рта клуб едкого дыма, с улыбкой прогнусавил Реджинальд, сунул сигарету обратно в рот и потеребил густые усы, перетекавшие в кустистую бороду.