Инцидент в Теренстоуне

Он бросился что есть мочи прочь.

Вдруг чья-то сильная рука схватило его за шиворот и заволокла в переулок. Его швырнули в кирпичную стену. Он больно ударился головой. Один из бандитов с размаху ударил своей битой по голове Гвада. Парень упал. Бандиты начали пинать его. Один бандюган разбил ему нос, а второй поломал пальцы.

Снова всё поплыло перед глазами. Теперь он увидел двоих близнецов, брата и сестру, которые ползли к нему. У девушки была пробита голова, парню кто-то выколол оба глаза:

– Ублюдок, ты бросил нас! Ты предал нас Гвад! – кричали два трупа.

Гвад попытался что-то сказать, но пол под ним провалился. Он не успел ничего осознать, как уже находился подо льдом. Его несло течением, он бился об корку льда, пытаясь выбраться. Резкая вспышка перед лицом. Ужасный грохот от взрыва, его уши наполняют детские крики.

Он падает в темноту, в абсолютный мрак. Гвад находится буквально в вакууме, пока буквально не падает на пал. Он сидит один в подвале, крышка люка захлопнулась, а ему не хватает сил её открыть.

Здесь темно, никого нет рядом. Во тьме что-то начало медленно двигаться к нему.

– Мама! Мама! МАМА! – Гвад кричал что есть силы, захлёбываясь в своих слезах. Он что есть мочи бил дверь, пока не увидел маленький огонёк света в дали. Гвад бросился к нему.

Он бежал долго, огонёк постепенно увеличился, пока наконец не превратился в огромное пожарище. Это его дом пылал. Изнутри пожара доносились крики. Он не может пошевелиться.

– Всё бессмысленно.

Он упирает дуло пистоля к подбородку. Нажимает на курок. Грохот.

Кто-то разбудил его. Гвад открыл глаза. Он сидит в кабаке уже несколько недель, допивая последние остатки своих денег. Он никому не нужен. Для родных он, больше не родня, а друзей он не смог сберечь. Гвад с грустью опрокидывает пинту самого дешёвого виски. Но смотря на поверхность напитка, Гвад, как будто бы начал падать в стакан.

Гвад пролетел несколько сотен метров, пока с силой не впечатался в паркет.

Он разбился в лепёшку, но тут же собрался заново. Теперь Гвад стоял перед родителями. С гобелена на него смотрел человек в доспехах.

– Ты опозорил наш род! – грозно сказал человек с гобелена.

– Как ты мог Гвад, как ты мог, – отец грустно качал головой, мать вся в слезах, уткнулась в его плечо и горько всхлипывала.

– ТЫ МНЕ НЕ БРАТ! – как гром накатило на Гвада.

Он с трудом медленно открыл глаза.