История одной болезни

История одной болезни

Илья Вячеславович Паньков

Извечная история – он и она. Она в попытке уйти от детских психологических травм и домашнего насилия все сильнее погружается в собственный разум… Он – человек, способный ощущать жизнь только через призму новых отношений и пагубных пристрастий… Способны ли они исцелить друг друга? Или подобные отношения неминуемо ведут к катастрофе…Повесть блогера, журналиста, номинанта на национальную премию «Писатель года 2018».

Часть первая

Посвящается У.

Глава 1

Из разговоров с психоаналитиком

– И весь этот дуализм, вся эта вечная борьба, добро и зло, отвага и трусость, тоска и радость, преданность и предательство, истина и тайна, и если хотите, даже в некотором роде жизнь и смерть – здесь в материальном мире, представлен отношениями мужчины и женщины. Не в смысле, что я хочу сказать, будто мужчины это добро, а женщины зло, или наоборот. Нет. А в том смысле, что все эти перечисленные категории, явления, возникают в связи с существованием этой разнополости.

Я надеюсь, вы понимаете, что такие понятия, как истина и тайна я беру не в физическом смысле, а в смысле духа противоречий. И с этим не поспорить. Вечная жажда наполниться, смешаться с другим, противоположным тебе полом, эта тяга противоположностей и правит миром, это и есть сама жизнь.

Я смотрю на него, мужчина под сорок. Одет приятно: пальто, рубашка, галстук, брюки – все одного пастельного тона, все довольно дорогое и новое. Значит, его профессия приносит неплохой доход.

Лицо гладко выбрито, волосы с проседью коротко подстрижены. Лицо ничем непримечательно, скорее даже немного несимпатичное. Лопнувшие капилляры на кончике носа, выдают в нем любителя спиртных напитков. Когда он в очередной раз затягивается сигаретой, я обращаю внимание на его руки, обручального кольца нет, только небольшой золотой перстень на мизинце.

Я думаю, над его словами и говорю:

– Мне всегда казалось, что мужчина и женщина встречаются для определенной конечной цели, создать семью, и наконец, произвести потомство.

Он реагирует почти мгновенно, как будто произнесенное мною было именно тем, что он хотел услышать:

– Вот, это и есть самая глубокая и самая ужасная ошибка, которая может постигнуть при рассуждении на данную тему. В борьбе противоположностей нет никакой конечной цели, кроме самой борьбы. А то, что вы называете конечными целями, есть только результаты, или проявления этой борьбы.