Святая война. Начало

– Ну хорошо, что родители живы. А детям и правда с дедом и бабушкой будет лучше.

– Илюшка, как я всё-таки рада, что ты выкарабкался. – жена снова бросилась мне на шею. Ты весь обгорел и почти не дышал. Марья и Яков умеют лечить, но тебя вытащить никак не удавалось. Как они сказали, мы поглотили слишком много искр падших, но моё тело было целым, а твоё… – жена снова всхлипнула.

– Тюшка, родная моя! Всё уже хорошо. – прижал жену к себе.

– Я думала, что потеряла тебя.

– Нет Кать. Ты не потеряешь меня. Ты же знаешь, я у тебя сильный и упёртый.

Мы долго стояли обнявшись. Жена потихоньку плакала, а я как мог её успокаивал, шепча тёплые слова.

– Яков нёс тебя, а когда встретили Михаила, он нас сюда привёл. Научил молитве, сказал если искренне молится, Бог услышит и поможет. И я молилась, а потом как-то получилось тебя собой лечить. Марья сказала – это любовь моя тебя лечит.

– Спасибо тебе Тюшка. Спасибо любимая.

Потом жена меня накормила и поведала, что еда на вес золота. У Михаила есть свои запасы, но надолго их не хватит.

– Нужно будет сходить в город. За едой. Старовер научил, как выходить.

– Ну надо – так надо. Только вот одежду бы мне. – я до сих пор рассекал в нижнем белье.

– Как? А ты что, не получил от мира броню?

– Ну было там что-то такое. Только откуда её брать-то.

Катерина засмеялась и в одно мгновение превратилась в валькирию. Я чуть с табурета не упал. Крутанувшись вокруг себя, она звонко засмеялась.

– Видел бы ты себя!

И было от чего опешить, передо мной реально стояла охотница.

На спине колчан с длинным луком. На голове капюшон из светло-коричневой кожи с меховой оторочкой. Платье или правильнее будет сказать броня поражала, хотя много ли я видел брони. Капюшон плавно переходил в приталенный нагрудник, тоже из кожи и меха. Нагрудник, в свою очередь, заканчивался широким поясом с небольшой металлической бляхой. На поясе длинный кинжал. Юбка, чуть выше колен и высокие сапоги. Не большие наплечники, руки открыты, и наручи.

Я сидел и глупо улыбался, или правильнее сказать «пускал слюни».

Мех и светло-коричневая кожа добавляли моей охотнице, неотразимого шарма.

– Представляешь, я теперь из лука стрелять умею! Правда ещё не до конца его освоила.

– М-д-а-а, – протянул я. – Чудеса, да и только.

– Ну а ты покажи.

– Что показать?

– Броню! Блин Илья. А-а-а, – что-то поняв протянула она. – Закрой глаза и посмотри в себя.

Я закрыл глаза, как было велено, с охотницами не спорят.