Восхождение на Качкар

Час спустя как покинули мы двор мечети, достигли левого притока Хевек-суи речки Келенсхев и берущей начало на склонах Алты-Пармака поляны у устья – урочища Куартата, где и расположились для передышки. Теперь смысл имени уже забыт, но Мехмет зовёт реку Келенсхев, не прибавляя суи. Шум прыгающей воды и огромные валуны. Старый мост снесло, и предстоит перебираться по свеже-накиданным брёвнам. На SW в разрыве ущелья Хевек-суи высится семья стальных и злых пиков, прикрытых лохмотьями снега, обросших космами недобрых туч.

Судя по направлению, это хребет Бавут-даг, тянущийся от Качкара к Гютермез-даги, разделяя верховья Хевек-суи от левых притоков Чороха. Вокруг нас пейзаж – поляна, вода, крытые елью склоны в свету, но какой скрежещущей выглядит эта дальняя декорация, на которой завтра нам предстоит разыграть ответственное наше восхождение, нашу, думал я, премьеру. Свежий снег, шедший окрест тех мест, где я был уже трижды в этом году, с числа, когда я был в Зыхике

, когда я был в Ишхане

, когда я был в Дорт-Килисе, там выпадал ещё не раз и само уверенно одел высокие склоны, грозя запутать все следы.

Но охлаждающие мысли, пробегающие между прочим стремительно в голове, ничуть не задевают моего альпинистского оптимизма: несмотря на шесть недель настойчивой работы при небезупречном питании и долгие пешие переходы, я в форме и в себе уверен, и потому, оторвавшись от созерцания далёкой декорации волочащихся по небу облаков, я обращаюсь к Мехмету с расспросами. По его словам, в ущелье, кроме села Келенсхева и Боривана, есть ещё мегле Колотет, ниже Келенсхева, в 15 домов. Грузинский язык в ущелье Келенсхева уже не существует, в дни же молодости стариков некоторые женщины, «бабушки», помнили этот исчезнувший язык. Прекрасные пастбища, лежащие и верховьях речки, переживают пору упадка, как и всюду, впрочем, яйла[37 - Пастбища (тур.).] Кеш-оглы заброшена, её больше нет. Сам Кеш-оглы, богатый и знатный пархалец, покинул родину и эмигрировал из-за военных и политических невзгод в Константинополь – также нередкий пример. Пока мы беседуем, через Келенсхев навстречу нам перебирается старик из Земвана, как он себя назвал. Я встаю и спрашиваю о зловещей горной декорации – не Качкар ли это. Но путник держится лазской

ориентации, поэтому Качкар указывает в верховьях Келенсхева, по соседству к SW от Алты-Пармака. Я говорю слово Вершембек, на что старик одобрительно качает головой, несколько раз повторяя «Вершембек» и указывая в сторону горного пейзажа.