Она моя…

«Послезавтра», как обещал, Он так и не позвонил. За эти дни Влада погрузилась с головой в работу, не оставляя пространства для тревожащих ее мыслей, однако образ Васеля так и не удалось выкинуть из головы. Девушка не хотела себе признаваться в открытую, но понимала, что с нетерпением ждет хоть какой – то весточки от него. Не мог же он вот так пропасть совсем. Она исправно заряжала телефон и вздрагивала каждый раз, когда приходило смс или раздавался звонок. Наверное, многим знакомо это странное чувство, когда ждешь сообщения или звонка от особого человека.

То чувство, когда считанные секунды, отделяют тебя от первых звуков сигнала вызова и момента, когда телефон окажется у тебя в руках и ты узнаешь, кто пишет или звонит. В эти секунды все твое существо –  это надежда, смятение, сумасшедшее сердцебиение. Это было глупо, но она не могла с собой ничего поделать… Телефон звонил или приходила смс…Она вздрагивала, но это был все не он и не он…

Так плелись день за днем, сменяя друг друга в пустой суете.

Агентство требовало от Влады новых тем и сюжетов, а она не могла думать ни о чем, кроме него. Не могла выдавить из себя и пары скупых строк чисто информационного содержания, тупо скопированных из местных новостей и переведенных на русский. Девушка была почти уверена, что планы Васеля поменялись или что он банально над ней подшутил. Она горько усмехалась сама над собой. Если в первый день была готова послать его на все четыре стороны и отказаться от затеи с интервью, то сейчас ей хотелось его увидеть, даже если бы он сказал, что никакого «сотрудничества» не будет вовсе. Чем больше она обо всем этом думала, тем больше понимала, что готова на его условия. Готова на это даже не ради работы, ради себя. Хоть что – то в этой жизни хотелось сделать не потому, что говорит тетушка, учителя или работодатель. Не потому, что говорит обязанность или здравый смысл. Она хотела пойти на этот сумасшедший шаг, возможно, совершить ошибку, но сделать, а потом уже жалеть, чем вообще не делать…Вот так мы, видимо, и расставляем приоритеты в жизни. Вот так и определяем грани дозволенного… Через пять дней после их разговора в конном клубе Владе было почти все равно, чем он занимается по жизни, что произойдет с ней рядом с ним, что произойдет «после», главное –  увидеть его снова, снова заговорить с ним…Снова посмотреть в его пронзительные голубые глаза, отдающие синевой…

***

Был вечер четверга. Шестой день их разлуки.