Плохая

Ты с Мальмильтена? Из артисток?– продолжила разговор высокая шатенка со светлыми глазами.

«Артистками» друг друга здесь называли работницы кабаре, эшелонами прибывающие в Ливан для работы на знаменитой улице в Каслике «Мальмильтен»[2]– протяженной вдоль береговой линии чреде так называемых «найтклабов», где собирались девушки из стран СНГ, преимущественно русские и украинки, развлекать местных «кастиков», то есть «кастомеров» (прим. от англ. сustomer), клиентов. Нет, это не была проституция в традиционном понимании этого слова.

Скорее весь этот бизнес напоминал матрешку. Самая верхняя- внешний фасад- «шоу», кабаре, Мулен-руж с танцами и перьями- ведь наши славянские девочки любят и могут танцевать. У нас у всех если не балет, так гимнастика, у каждой с раннего детства… Кого из нас мама ни таскала на кружки, чтобы «вылепить» очередную Пл*сецкую или Вол*чкову в годы ее адекватности… Вот только внутри этой пухлой глянцевой матрешки были и другие, поменьше, запрятанные от взгляда стороннего наблюдателя- так называемая «консумация»– когда красивая девочка садилась за столик выбравшего ее «кастика» и развлекала разговорами и флиртом, а он платил за это времяпрепровождение. «Секс за деньги»– не то, чтобы насильно… Насильно бывало только в самых поганых гадюшниках из «найтклабов», куда ехали либо дуры, либо отмороженные на всю голову. Потому что в большей или меньшей степени информация об этих самых «найтклабах» была на особых платформах- специальных группах в соцсетях, где выезжающие девчонки общались между собой. Была и еще одна матрешка… Очень маленькая- и редко являющая миру свой лик, доходили до нее редко. Я называла её «пресловутый хэппи энд» с искренней любовью и «долго и счастливо». Здесь можно было собрать истории в стиле «Золушки», когда прекрасный принц вытягивал полюбившуюся красавицу из лап зла и забирал в жены в свой красивый замок. Впрочем, как и в случае с бесславным концом Маты Хари, история замалчивала о том, что «долго и счастливо» чаще всего заканчивалось скорым разводом и длящимися годами разборками за ребенка, по умолчанию считающимся гражданином Ливана.

Конечно, такие, как я, смотрели на таких, как Светка и ее товарки, с изрядной долей пренебрежения, но сейчас я засунула свое пренебрежение далеко и глубоко. Натянула на лицо самую искреннюю из своих фальшивых улыбок и влилась в разговор.

–Я туристка… Ехала с горнолыжного курорта.