Три двустишия

– Сергей Николаевич…гм…

– Марьям может продолжить свой отдых в Москве, в «Измайлово», номер, конечно, поменяем, – прозвучал наконец ответ. – У нее есть еще шесть дней. Через шесть дней разговор продолжим, уезжать нельзя.

«Сергей Николаевич, Сергей, Сережа…», – повторяла про себя как заклинание Марьям. Какое-то странное чувство вдруг охватило ее, как если бы она встретилась с очень близким человеком. Это чувство некой соопричастности к чему-то очень важному, объединявшему их обоих, не покидало ее до самой гостиницы, куда ее по распоряжению Сергея проводила женщина-сержант.

Та оказалось разговорчивой, болтала безумолку, явно наслаждаясь собственным монологом и молчаливостью слушательницы. Слух Марьям включился, когда в трескотне появился нужный код: Сергей, Афганистан, женат, сынишка.

Она вошла в свой номер, собрала вещи.

– Проверьте, ничего не забыли?

– Нет.

– Тогда пошли.

Марьям с облегчением покинула роковой номер.

Глава 4

Марьям ждала этого звонка. Он позвонил из вестибюля и сказал, что поднимется через пять минут.

На какой-то миг у нее закружилась голова и мозг пронзила острая, резкая, как при удалении зубного нерва, боль. Марьям бросилась в ванную, ополоснула лицо, выпила прямо из-под крана воды. Ей попалась на глаза расческа, негнущимися руками она схватила ее и начала расчесывать волосы. Эти простые движения постепенно успокоили ее, она собралась и сосредоточилась.

Ровно через пять минут Сергей постучал в дверь. Он вошел и сел в кресло. Она стояла, опустив голову, но прямая, как натянутая струна.

Длинные волосы словно шелковым покрывалом закрывали ее лицо. Сергей был очень бледен и как-то странно смотрел на нее.

– Почему вы скрыли, что у Щербаковой был жених, причем он жил совсем рядом на спортивной базе?

Марьям резко подняла голову, волосы фейерверком взмыли вверх и разом опали, змейками струясь по тонким плечам. Она спокойно и холодно спросила:

– Какой еще жених? Мне ничего не было известно ни о каком женихе. И с какой стати я стала бы скрывать, если бы знала?

– Вы хотите сказать, что целую неделю жили бок о бок с девушкой, у которой должна была состояться свадьба через месяц-другой, и она ничего об этом не рассказала? Я скорее поверю, что дважды-два пять.

– Возможно, она что-то подобное говорила. Как из-за нее умирают, часами стоят на холоде, припав к окнам вестибюля, чтобы мельком увидеть ее, спускающуюся в ресторан пообедать. Как какую-нибудь суперзвезду, топ-модель, Мисс Вселенную.