Агнцы Божьи

Все слёзно просили, чтобы отверзла она уста, наполнилась духом и прорекла бы общую судьбу кораблю.

Евдокия слышала их просьбы и восклицания, но… Но она пребывала в такой растерянности, что не знала, что отвечать им.

– Скажи нам, блаженная… Вещай слова пророчества! – взмолился Андрон, крестясь обеими руками. – Пролей из чистых уст своих сказанья несказанные!

– Плохо мне, пить дайте, – прошептала с несчастным видом Евдокия. – Дышать мне нечем, дайте пить!

Кто-то подал ей бокал, и она с жадностью выпила до дна похожий на чай напиток.

– У-ух, – прошептала девушка и попыталась выйти из комнаты. Но стоявшие вокруг хлысты не позволили ей сделать и шага.

– Вещай слова пророчества, богородица! – просили они. – Пролей из чистых уст своих сказания несказанные!

И вдруг глаза Евдокии засияли диким, исступлённым блеском. Она закричала нечеловеческим голосом, затряслась всем телом и, исступлённо озираясь по сторонам, всхлипывая от душивших её рыданий, повалилась на пол.

Хлысты замерли, вскочили с колен на ноги, и…

– Накатил! Накатил! Станет в слове ходить! Пойдёт, – пошёл восторженный голос по горнице.

Хлысты запрыгали на месте, выкрикивая:

– Ой, эва, ой, эва! Накатил, накатил! Ай, дух! Ай, дух! Эка радость, эка милость, эка благодать, стала духом обладать!

Евдокия корчилась, лёжа на полу, в страшных судорогах. Из груди вырывались болезненные, жалобные стоны. Но никого из хлыстов не встревожил её неожиданный припадок. Все были рады ему. С набожным восторгом они выкрикивали:

– Накатило! Духом завладела! В молчании он открывается!

– Экая сила в ней вдруг проявилась!

– Великая благодать!

– Велик в ней дух!

Лишившуюся сознания Евдокию унесли за печь, а в горнице начались радения.

В то время, пока сектанты распевали голоссалии, Андрон и Агафья склонились над кроватью, на которой тяжело дышала и металась в бреду Евдокия.

– Ты что с ней сотворила, змея? – процедил сквозь зубы старец, покосившись на богородицу. – Ты что, отравила её, стерва?

– Как ты велел, так я и сделала, – огрызнулась Агафья.

– А если не придёт? – засомневался Андрон. – Эка как её корёжит, глядеть страшно.

– Ничего, скоро пройдёт, – хмыкнула Агафья. – Зато все поверили, что она в дух вошла и благодать накатила на эту овечку безмозглую.

– Головой за неё ответишь, вот что я тебе скажу, – пригрозил Андрон, не доверяя отговоркам женщины.