Алхимия лжи

Консул представляется и просит предъявить документ, удостоверяющий личность. Девушка показывает на сумочку и полицейский выуживает российский загранпаспорт. Остальные хоть и говорят на русском, но являются гражданами Туманного Альбиона. Консул листает страницу за страницей. Краем глаза вижу бесконечную вереницу штампов о пересечении границ. Раненая Бабочка путешествовала по всему миру.

– Саша Вернер?

– Да… – кротко отвечает девушка, на нас не смотрит.

Вопрос и ответ сбивают мне дыхалку.

Сердце начинает колотиться, как при прыжке с парашютом. Всматриваюсь в лицо – и не узнаю. Нет, это не она. Другая форма носа. Губы более пухлые. У Алекс круглые глаза, а у этой миндалевидные.

– Полиция вас уже допрашивала?

– Нет. Ждут моего адвоката.

Голос ее! Сканирую взглядом хрупкие покатые плечи и вижу плеяду знакомых до боли родинок. Это Алекс!

Мы не виделись почти два года. Она мне часто снилась. Не лицо, а расплывчатый облик. Во снах мы обнявшись гуляли по липецкому парку.

Я не видел ее, но чувствовал под боком, не называл по имени, но знал, что это она. Обычно после моего монолога она, не сказав ни слова, испарялась, как пар над кружкой.

Со дня нашего последнего ужина в гостиничном ресторане произошло столько событий, что сейчас встреча с ней кажется нереальной, будто из другой жизни. Жизни, которая могла бы быть с ней, но никогда не будет. Между нами имелось слишком много противоречий и в первую очередь отсутствие доверия.

В операции «Протокол-17» я был восприимчив к любому ее слову, взгляду и тем более прикосновению. Самым трудным для меня было закрыть глаза и уснуть. Хотелось проникнуть в ее голову и дирижировать мыслями, прописать себя в каждой нейронной связи, навсегда остаться в ее воспоминаниях, чтобы она могла забыть всех, кроме меня.

Я часто фантазировал о двух неделях, которые она просила в Липецке. Как выяснилось позже, мне они были нужны больше, чем ей.

Ибо не она, а я не могу ее отпустить. Хорошо, что я осознал это только после миссии на Корсике, когда Алекс для меня была уже недоступна.

В памяти мелькают сеансы с мозгоправом. Перед последним заданием я посетил его три раза и сильно удивился, когда мою кандидатуру утвердили на следующее задание. На последнем сеансе я дал такого леща, что позже хватался за голову. Наладчик мозгов снял с меня все маски, как снимают с лука шелуху.