И расставил Паук свои сети

Чаще всего полковник звонил жене, дочери и сыну. Видимо, рабочие звонки он предпочитал делать с рабочего телефона. А входящих служебных звонков было много, рядом с каждым номером майор написал должность и фамилию звонившего. Последним исходящим личным звонком был звонок матери. По распечатке за последний месяц было видно, что он ей до этого ни разу не звонил. Германа это насторожило, он вспомнил, что, пока были живы родители, они общались как минимум раз в неделю.

Когда майор снова вернулся в кабинет, Герман показал на звонок без пометок на полях и спросил:

– Что за номер, выяснили?

Майор подошел к доске и взглянул на распечатку.

– Это телефон нашей канцелярии.

– Судя по временной отметке, он звонил в канцелярию с мобильного из машины.

– А что тут необычного?

– Я просмотрел распечатку, полковник очень мало делал служебных звонков с мобильного.

– У него было два мобильника: служебный и личный.

– Это распечатки с личного телефона? – спросил Герман, показывая на список.

– Да. Служебный мы отмели сразу, на него не было в тот день звонков. Полковник был в кабинете с самого утра, звонил по городскому, а потом и вовсе отключил все телефоны.

– Я хочу понять, с кем говорил Архангельский, когда Сорокина проходила мимо его машины. Ты сопоставил время самоубийства со списком телефонных разговоров?

– Нет, – покачал головой Терентьев, – зачем?

– Время не сходится, – вкрадчиво произнес Герман и вопросительно посмотрел на майора, – выстрел был в двенадцать сорок шесть, так?

Майор буркнул: «Ну» и нахмурился.

– Согласно распечатке разговоров, полковник в это время ни с кем не говорил. Видишь? – Герман указал на последний звонок. – Матери он позвонил в двенадцать пятнадцать. Разговор длился семь минут. Далее разговор с канцелярией в двенадцать двадцать четыре, длился одну минуту. Отсюда вопрос: с кем и по какому телефону говорил Архангельский, когда мимо него проходила Сорокина?

С растерянным видом Терентьев плюхнулся в потертое кожаное кресло и начал растирать уши.

– Ты думаешь, она соврала?

– Я сопоставляю. А факты говорят, что показания Сорокиной путаные. Если она действительно соврала, важно выяснить почему. Короче, ее показания нужно тщательно проверить. Ты выяснил, зачем полковник звонил в канцелярию?

– Нет, – ответил майор и нервно сглотнул.

Герман удивленно посмотрел на напарника, и тот, не говоря ни слова, снова выскочил из кабинета.