Генезис

И я, поверьте, умею быть благодарным с теми, кто не подсекает мои интересы.

– Мне уже намекали, – даю понять, что раскусил его подкат через Сергея Борисовича.

– Советую вам воспользоваться моментом и занять место вашего уровня.

Я хмыкнул. От него мне точно ничего не нужно.

– Спасибо, справлюсь сам.

– Зря. В отличие от вас, мне известно будущее вашего отдела, поэтому советую принять предложение о переводе еще до окончания операции.

Я не ответил, и он снова повторил:

– Так мы договорились? Вы не напоминаете Александре о сыне.

Никогда. В противном случае не Алекс, а я буду ходатайствовать о вашем отстранении. Это понятно?

Я разъединил связь.

Иду к яхт-клубу, потом делаю круг вдоль берега и возвращаюсь в коттедж. Пока осматриваюсь и оцениваю риски, думаю о сыне Алекс. Нахожу в сети ролик, который Вернер предоставил телевизионщикам, и обращаю внимание на возраст ребенка. Судьба не наделила меня детьми, но у Костика, моего друга, есть сынишка. Я общаюсь с ним, когда удается вырваться между заданиями.

Ему сейчас почти пять, как сыну Алекс. Но на видео заснят малыш не больше трех лет. Рост Вернера почти метр девяносто, у Алекс метр семьдесят. Их ребенок не должен быть низкорослым. Что-то здесь не то…

???

Интересное наблюдение: после разговора с Эрхардом меня несет в объятия Икара со скоростью света. Он мой щит. Только рядом с ним я чувствую себя в безопасности. Стычки в Липецке и на выезде из Пензы возвели между нами стену. Не знаю, как все исправить.

Пока Икар обходит причал и пляж, я прислоняюсь к оконному стеклу и, наблюдая за ним, думаю о нашей ссоре.

Раньше я считала, что он понимает мое состояние. Но его взгляд в кафе во время моего разговора с Эрхардом красноречиво говорил, что это не так. Он принимает мою игру за реальность. Думает, что я действительно испытываю к Эрхарду чувства. Но это не так. Мое тело плавится, а сознание испытывает перегрузки, будто я без скафандра прохожу через атмосферный слой.

Нас покинула группа сопровождения.

У меня в голове это не укладывается. Хотела возмутиться и попросить Икара нанять людей, но Даниил, видя мою реакцию, сказал, что это решение Эрхарда.

Насколько я высоко оценила профессионализм последней группы сопровождения, настолько же меня возмущает панибратское отношение инструкторов. Ко мне они обращаются на «ты». Один из них, проигнорировав мою просьбу, называет меня сугубо Александрой. Я повторила трижды, но потом поняла, что он это делает намеренно.